Молоденькая медсестра, наверняка присланная из Мунго в помощь мадам Помфри, принесла Диане ужин — стакан молока и сэндвич. Молоко в чистом виде Диана ненавидела, особенно теплое, поэтому не отказала себе в удовольствии покапризничать и потребовать чаю. Пока девушка бегала в поисках чая с молоком, Диана сжевала сэндвич и изучила обстановку на предмет очередной вылазки в палату Снейпа. Помфри не обрадуется тому, что она встает с постели без разрешения, хотя недовольства тем, что она навещала находящегося в коме пациента, вроде не выказывала. В любом случае привлекать чье-либо внимание к своим визитам к Снейпу Диана не спешила.
Наконец, около десяти вечера, когда стихли шаги медсестер, а мадам Помфри закончила вечерний обход, Диана сползла с кровати и снова поковыляла в другой конец Больничного крыла. На сей раз шаги давались значительно легче, во всяком случае, голова уже не кружилась, хотя правая нога доставляла серьезные мучения и все время грозила подкоситься. Она тихонько проскользнула в бокс и закрыла за собой дверь.
Палата освещалась тусклым зеленоватым светом небольшой настольно лампы, придававшей восковой бледности лица Северуса какой-то зловещий вид. При неверном свете черты его стали еще резче, отчетливее проступили скулы, а губы казались темными. Диана осторожно присела на его кровать, передвинула на столе лампу, чтобы лучше видеть его лицо и взяла его за руку.
— Добрый вечер, Северус, — прошептала она, поглаживая его пальцы, — это снова я. Думаю, ты не успел по мне соскучиться за полдня. Зато я успела…
Она убрала упавшие ему на лоб пряди волос и попыталась их немного пригладить. Не мешало бы их вообще расчесать, но палочки у нее не было, а действовать расческой Диана опасалась — для этого пришлось бы поворачивать ему голову, а в каком состоянии его шея, она не знала.
— Так что придется тебе терпеть мое присутствие, любимый, — сказала она, поправляя на нем одеяло. — Чем быстрее ты придешь в себя, тем быстрее я перестану тебе надоедать, если ты так захочешь…
* * *
Ночью ей снилось, что Северус пришел в себя и хочет ее видеть. Она входит в его палату, сталкивается с его внимательным взглядом и бросается к нему, а он встает и они вместе, прямо в больничных пижамах покидают Больничное крыло под ошалелыми взглядами Помфри, медсестер и других больных.
Поэтому, едва продрав глаза наутро, она залпом выпила стакан воды, оставленный ей вечером, чтобы запивать утренние зелья, пригладила расческой волосы, торопливо умылась и пошла прямиком в палату к Северусу.
Тот по-прежнему был без сознания, Диана слегка огорчилась, хотя и не рассчитывала на то, что этот сон был в руку. Уже привычно опустившись на край его кровати, она прошептала:
— Привет… Жаль, что ты не можешь мне ответить, так хочется поговорить с тобой. О чем угодно, да хоть о том, какими тупыми могут быть студенты. Если все будет хорошо, меня выпишут через три дня, но я тебя не оставлю. Привезу Брайана и вернусь к тебе…
Она встала, подошла к окну и попыталась отворить его. Рама поддалась с трудом, Диана приоткрыла ее, совсем чуть-чуть, чтобы только впустить в палату немного свежего воздуха. На улице в столь ранний час было довольно прохладно, и она поспешила отойти от окна, чтобы не простудиться самой. Тихонько напевая под нос, она принялась изучать содержимое его прикроватной тумбочки. Здесь было кроветворное, укрепляющее, восстанавливающее, кровоочистительное, а также незнакомое ей зелье мутно-белого цвета с запахом сельдерея. Она подумала, что неплохо бы поинтересоваться у мадам Помфри какие зелья и в какой очередности нужно давать Северусу; взять на себя часть ее забот позволило бы ей чаще бывать у него, а постоянный физический контакт с ним точно был бы не лишним.
Решив, что комната проветрилась достаточно (слишком долго держать окно приоткрытым Диана не рискнула), она закрыла его и снова присела на кровать. Взяла в руки безвольную кисть и, легко массируя его пальцы и ладонь, заговорила снова:
— Гарри вчера снова приходил к тебе. Он передавал тебе привет. Знаю, тебе его привет нужен как гигантскому кальмару — зонтик, но это ты ему сам скажешь, когда придешь в себя. Не такой уж он противный и заносчивый, как ты всегда повторял. Во всяком случае, не хуже остальных ребят его возраста. И он очень беспокоится о тебе.
