— Твой брат прошёл путь, не сворачивая. Это отсекает версию, что убийство было спонтанным или на почве внезапно вспыхнувшего конфликта. Кто-то методично выслеживал его и выжидал подходящего момента. И этот кто-то хорошо знал здешние особенности, ведь был уверен — никто не заметит его, убегающего с окровавленным оружием. Нужно немало терпения и решимости, чтобы провернуть такое. Вряд ли Тео могли перепутать, учитывая твою нелюбовь к вечеринкам. Целью был именно он. И для проворачивания подобного требуется ясный ум, следовательно, убийца сохранял трезвость или делал видимость.
— Хорошо. Что дальше?
— Сад и пруд. — Я стучу пальцами по подбородку и сажусь на кровать, забив на разврат, происходящий на ней немногим, возможно, ранее. Раздаётся противный скрип. — Отбросив, что это любимое место Зельфейна, кто ещё бывает там чаще остальных?
— Там проводят время фэйри со всего Двора.
— Подумай лучше, Кайден, если не хочешь, чтобы я начала допрос с твоего лучшего друга.
Прозвучало излишне дерзко, но я уже подхватила кураж.
— Допрос?
— А ты как думал? Нам нужны зацепки, а сейчас их настолько мало, что они высыпаются сквозь пальцы, точно песок, и разносятся ветром.
Принц садится поодаль и задумывается.
— Наложницы. Они вторые после Тео из тех, кто постоянно находятся там.
— Дамы короля Фахрона? С них мы и начнём.
Я вскакиваю с кровати, будто выпила бутылку энергетика, и почти в припрыжку иду к выходу, но тут меня встречают две пары глаз — тёплые карие и холодные серые. Шай стоит в дверях рядом с золотоволосым юношей. Через его кучерявую копну волос выступают длинные оленьи рога, увешанные ленточками. Линия его губ натянута струной, а желваки на скулах еле заметно шевелятся под кожей.
Принцесса ошеломлённо оглядывает на всех по очереди. Никто не шевелится. Уверена, каждый чувствует, что стоит спичке загореться и — бах! И я совершенно не понимаю, почему. «Бей или беги» стучит в моих висках без объяснения причин и возможности разобраться. Эти ледяные глаза предназначаются мне и только лишь мне.
Кровать позади меня скрипит, встаёт Кайден.
— Зельфейн, в чём дело?
— Это ты мне скажи, — сквозь зубы выплёвывает наследный принц Благого Двора, — друг.
— Зельф… — Шай касается его сжатой в кулак руки с золотым браслетом.
— Ты провёл в мой дом грязную девку!
Кайден обходит меня и закрывает собой.
— Её имя Фэй, и она здесь, чтобы расследовать дело брата, а не выслушивать оскорбления. Ты ведёшь себя недостойно.
— О, я знаю, кто она. — Налитые кровью глаза впиваются в меня, и его голос сменяется на издевательски-насмешливый: — «Не убегай! Я такая же, как и ты». Стоило свернуть тебе шею ещё тогда, сестрица.
Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью. Дж. К. Ролинг, отрывок из «Гарри Поттер и философский камень»
— Сестра? — Шай мечет в меня озадаченный взгляд и обращается к Зельфейну: — О чём ты говоришь?
Происходящее столь комично развивается, что начинает раздражать. А раз цирк приехал и не планирует уезжать, то почему бы не стать частью представления?
— И мне приятно познакомиться, Ваше Высочество, но боюсь, — я притворно охаю, — придётся позвать доктора. Очевидно, у вас похмельные галлюцинации.
Мне бы помолчать. Знаю. И всё же я понимаю, что за защиту своего достоинства меня вряд ли можно осудить всерьёз.
— Да как ты смеешь? Ты хоть знаешь, с кем… — Зельфейн делает шаг, но принцесса останавливает его, ухватив за локоть.
— Прекратите оба! — твёрдо велит Шай, и все замирают перед неизбежным штормом. — Зельф, объяснись, потому что твои слова и правда звучат дико.
— Если бы вы знали, кто она…
— Мы бы знали, если бы ты рассказал, — глубоко вздыхает Кайден. — Отношения между Дворами и так накалены. Так что подбирай слова деликатнее, друг.
Я с любопытством выглядываю из-за его спины: ледяные глаза Зельфейна припечатывают меня к месту, а мраморное лицо будто удерживает в себе всю злость мира. Если бы взглядом можно было убивать, в этом нелепом трико у него всё равно бы ничего не вышло…
Зельфейн стискивает в кулаки руки, точно заглянув мне в голову, и прикрывает ярко накрашенные веки в попытке утихомирить гнев. С позолоченных ресниц на слегка впалые щёки сыплется блестящая пыльца. Частички золотой пыли переливаются и на кончиках оленьих ушей, и в светлых волосы с вкраплением меди. Рога обвязаны лентами, колокольчиками и бусинами. С виду простой гламур, который на самом деле требует долгой практики. Рост светлого принца на голову выше присутствующих в спальне, и он гордо несёт своё превосходство, расправив плечи. Бежевый кафтан с золотыми нитями сшит точно по фигуре, но это трико…
Еле сдерживаю смех и перевожу взгляд на обеспокоенную Шай. Впервые подмечаю, что принцесса куда гармоничнее смотрится в антураже здешнего интерьера, чем у себя в мертвецки-сером дворце: крупные серьги, объёмное колье, звонкие браслеты и изящное платье, струящееся до пола.
