– Здесь держали людей, – тихо произнес Мортимер, а у меня от нервного напряжения встал ком в горле.
Шесть коек с помятым постельным бельем. Узенькое окно с толстой рамой, которое невозможно открыть изнутри. На общем обеденном столе остались крошки.
– Кто жил здесь? – я посмотрела по сторонам.
Мортимер подошел к одной из больничных коек и откинул подушку. На металлической спинке в самом низу были выцарапаны инициалы.
"В.Т."
Виктор Тор?
– А там, посмотри там! я подскочила к соседней койке.
"А.С."
– А Сэ? Подожди-подожди.
– Антон Страуберг… – обреченно выдохнул Мортимер. – Он был здесь. Они все были здесь.
В мужских глазах полыхнула ярость. Он повернулся к побледневшей заведующей.
– Как такое возможно?! Злоумышленник держал похищенных на территории вашего хосписа, и никто этого не заметил? У кого есть доступ к корпусу? Вы не заметили горящий здесь по ночам свет?
– П-позвольте ответить, детектив… – прокашлялась заведующая. – Окна палат выходят на сторону леса, поэтому да, мы не заметили свет. А доступ, он у всех есть. Раньше здесь были пациенты, у персонала могли оставаться здесь вещи, документы, наработки.
– Бардак! У вас под носом некто держал похищенных людей! Как этого можно не заметить?!
– Ну, знаете! – вспыхнула заведующая. – В отличие от вас, детективов, мы тут работаем по сменам и вечером возвращаемся домой. Дежурят ночью всего несколько медсестер, у них своей работы достаточно, чтобы еще за заброшкой следить.
– Криминалистов сюда, – припечатал Мортимер, развернулся и вышел за порог.
В гробовой тишине раздался лязгающий звук поехавшего по коридору столика для инъекций. Сквозняк веселился. А мне вдруг стало совсем невесело.
– Да… Не повезет его жене… – пробормотала заведующая.
Я обернулась.
– Вы так думаете?
– Принципиальный, упрямый, идет напролом, только приказывать горазд. Таких героев женщины только в книжках любят, а замуж выходят за терпеливых, заботливых, понимающих.
Я задержала дыхание и с надеждой посмотрела на собеседницу.
– А что, если он не понимает? Если он и его избранница – половины совершенно разных фруктов?
Заведующая обдумала ответ.
– Внутри счастливых семейных пар встречаются противоположности, но крайне редко. Зачастую такие браки разваливаются в самом начале семейной жизни. Всего вам доброго, детектив Руш.
Криминалисты взяли образцы крови, слюны. Всё, что сумели найти в палатах, где держали пропавших. По крупицам они смогли выяснить, что самым свежим образцам не больше трех дней. Похищенных вывезли из корпуса совсем недавно. А вот старым образцам примерно девять месяцев, что совпадало с началом серии похищений.
Судя по анализу крови, похищенным кололи успокоительные. Кому травки, кому лекарства. Марпл записала название веществ, которые в той или иной дозировке встретились в анализах крови: барбитураты, экстракт пустырника, экстракт валерианы. Впрочем, дозировка веществ была рассчитана грамотно, для каждого пациента отдельно. Как объяснила Марпл, преступник не хотел навредить и действовал очень осторожно.
А еще криминалисты нашли кровь неизвестного у входа в палату, совсем свежую и мужскую.
Берти?
Участок второй день ходил в трауре. Я десять раз прокляла себя, что позволила ребятам мне помогать. Что сама же отпросила Берти, отправила его непонятно куда. Не знала, куда двигаться дальше. Мортимер цеплялся за документы, медкарты, очередной раз изучал обстоятельства пропажи людей. Выяснял, куда делись пропавшие из хосписа вместе с Берти. Как их вообще вывезли незамеченными. И главное – куда?
Нам нужно было что-то еще, улики, факты, но ничего нового не находилось.
Анита.
Почему вместо того, чтобы идти домой, я пришла сюда. На порог дома подруги. Да, разумом я тысячу раз понимала, что моя Анита здесь ни при чем, но чувство вины требовало, чтобы я хотя бы поговорила с ней. Проверила, удостоверилась.
Успокоилась, в конце концов.
– Яна? – удивилась она, увидев меня на пороге. Замерзшую, с красным носом и ледяными руками. Варежки остались в участке. – Заходи скорее!
Она втолкнула меня в тепло, как тощую сосульку с мороза. Не забыла и про фамильяра.
– П-привет… – пробормотала я. – К-как дела?
– Скорей! Снимай холодное! Держи тапочки.
Анита заботливо подсунула мне старенькие, но толстые меховые тапочки и повела в гостиную.
Ее квартирка была просторнее моей. С зарплатой экскурсовода она сумела переехать из маленькой комнатушки в свою квартиру. И пусть платить за нее предстояло еще полжизни, она радовалась как ребенок.
Усадила меня в низенькое кресло, разогрела чайник на плите.
– У меня и печенье есть! – хвасталась она, пока я согревалась.
Щеки порозовели, пальцы рук приятно кололо от горячей кружки. Трехглавая змейка свернулась клубочком в моих ногах и твердо заявила, что в ближайший час уходить из тепла не намерена.
– Как у тебя с твоим детективом? – Анита налила чай. – Уже выбрали дату свадьбы?
– Нет, – я сгорбилась, – пока всё сложно…
Анита вскинула брови.
