После подслушанного разговора я не могла посоветоваться хоть с кем-нибудь. До последнего момента Влад оставался единственным, с кем я была готова поделиться своими опасениями и подозрениями без боязни сойти за сумасшедшую. Но как я и подозревала, он оказался одним из тех, кто причастен к странным происшествиям в лицее. Влад отлично знал, что произошло с Машей, но не хотел информировать меня или Георгия Романовича. Парень так сильно стремился сохранить тайну, что даже подстроил аварию, в которой мы могли серьезно пострадать. При воспоминании у меня до сих пор начинали трястись руки.
Вспомнив пропавшего преподавателя, я поспешно залезла в телефон и отыскала в адресной книге номер, с которого он мне звонил перед нашей злосчастной поездкой. Дрожащими пальцами нажала на кнопку вызова, сильнее всего переживая о том, что и этот абонент окажется «вне зоны действия сети». Я хотела всего лишь убедиться в том, что с Георгием Романовичем все в порядке, и взять у него действующий телефон Машиных родителей. Вдруг получится дозвониться до них и договориться о встрече? Конечно, я подозревала, что вчера вечером Георгий Романович мне врал. Не представляю, что с ним сделал Влад. То ли загипнотизировал, то ли подкупил, то ли запугал… Да и не хотела я сейчас об этом думать. Просто считала преступным упускать пусть и незначительный шанс докопаться до правды. Вдруг по телефону Георгий Романович скажет хоть что-нибудь.
К моей радости, в трубке пошли гудки. Георгий Романович ответил практически сразу, только вот разговора с ним не получилось. Наш бывший преподаватель был удивлен, услышав девчоночий голос. Он не помнил ни меня, ни лицея, ни нашей поездки и утверждал, что только сегодня вернулся из путешествия по Испании.
Я была настолько поражена и раздосадована, что в первый момент кинулась что-то объяснять и доказывать, но Карташов просто отключился, оставив меня в еще большем недоумении.
Выбора больше не было. Последний шанс узнать, что произошло с Машей и почему все так сильно не хотят, чтобы я ехала к ней домой, – это действовать самостоятельно и тайно.
Я достала спрятанные в ящик с бельем карты и еще раз внимательно изучила маршрут. Надела джинсы и толстовку, сунула в небольшой рюкзачок кожаную куртку и собралась выйти в коридор, когда в дверь комнаты постучались. Я с раздражением открыла и обомлела. На пороге стоял смущенный Олег. Вот его-то я совсем не ожидала увидеть. Парень явился очень не вовремя.
– Ты так стремительно исчезла на балу… – переминаясь с ноги на ногу, начал он и грустно улыбнулся. – И потом я тебя не видел. Думал, обидел чем-то. А вчера узнал об аварии. Ты как?
– Да все нормально. – Я натянуто ответила на улыбку, прикидывая, как избавиться от посетителя и при этом не обидеть. В голову ничего не приходило.
– Ты куда-то собралась? – помог мне Олег. Он был милым, привлекательным, но почему-то начинал сильно раздражать, хотя, в отличие от Влада, не сделал мне ровным счетом ничего плохого.
– Да, дела… – Разговаривать становилось все сложнее. Не терпелось уйти и спуститься в подземелья.
– Может быть, я смогу тебя проводить? – Вид у парня был, как у щенка, выпрашивающего у стола лакомый кусочек. Таким он мне совсем не нравился.
– Извини, не выйдет, – отрезала я и постаралась немного смягчить грубые слова невнятным объяснением: – Просто я сейчас и правда занята.
– Может быть, встретимся позже? – предпринял еще одну попытку он.
– Можно, – милостиво согласилась я только для того, чтобы он отстал. – Вечером или… лучше завтра.
Я проворно заперла дверь комнаты и бросилась в сторону подземного перехода, а растерянный парень остался стоять посередине коридора. Мне даже стало немного стыдно за собственное поведение, но Олег был последним, о ком я хотела сейчас думать. Хватало проблем и без него.
Например, я выбрала очень неудачное время, чтобы лезть в подземелья. В коридорах начинали мотаться туда-сюда лицеисты. Кто-то спешил пораньше занять место в столовой, кто-то не торопясь плелся на пары, а кого-то отпустили до звонка и народ отправился в комнаты немного поваляться, переодеться и попить чаю.
Чтобы проскользнуть незаметно, пришлось действовать очень быстро. Я уловила момент, когда коридор опустел, и открыла потайную дверь. Мне уже было все равно, следят за мной или нет. Я нырнула в привычную темноту и с облегчением отдышалась. После прогулки с Владом катакомбы перестали пугать. Я чувствовала себя здесь практически как дома.
Я не учла лишь один момент. Ближе к вечеру меня хватятся и начнут искать, а обернуться так быстро у меня вряд ли получится. Я вообще смутно представляла, сколько времени потребуется, чтобы добраться до Питера. Возможно, придется заскочить домой переночевать, а к Маше идти уже завтра. Ну, что сказать маме, я придумаю. Дорога длинная, и времени масса.
