— Вас слишком много. Во всем. Вы не знаете меры. Ни в чем. Суп переперчен, мясо пережарено и пересушено, соус перегорчен, а свекла пересолена… Вы не умеете довольствоваться малым, вам подавай все и сразу…
— В яблочко, господин инквизитор! Я не привыкла себе в чем-то отказывать. Или в ком-то, — Лидия подалась ближе и схватила меня за воротник, притянув к себе с явным намерением поцеловать. — И я своего добьюсь! Вы тоже от меня никуда не денетесь…
— У вас яичный желток на носу, — ухмыльнулся я. — Это так… мило.
Она отпрянула и попыталась оттереть лицо, и я добавил:
— Завтра мы приглашены на обед у княжны Юлии. Потрудитесь привести себя в порядок и вспомнить хорошие манеры, а то она примет вас за… кухарку, — я смочил слюной палец и вытер ей нос, перехватив руку, занесенную для пощечины. Правда, после этой выходки от разъяренной бестии пришлось постыдно бежать.
А посреди ночи меня разбудил посланный за мной послушник и сообщил, что Нишку Чорек пытался убить Серый Ангел. Я помчался во дворец, проклиная собственную глупость и самоуверенность. Если с ней что-нибудь случится, никогда себе не прощу… Теперь моя идея отправить Нишку в дворцовое хранилище, чтобы устроить засаду на Серого Ангела, уже не казалась мне гениальной. Глупец, ну почему я решил, что Лидия передумает и не станет обращаться к этому мерзавцу? Ведь если она вбила себе что-нибудь в голову, то непременно добьется. Надеюсь, злодея хотя бы поймали.
Ныло плечо, и болело недавно вправленное запястье. Нишка меня здорово приложила и ухитрилась так разозлить, что я едва ее не прибила. Единственное, что меня остановило, было то, что мертвой она становилась опасней, чем живой. Как она вообще там оказалась? Никак гадский инквизитор удружил.
Убью, падлу патлатую. Но действовать надо было быстро, пока никто не успел опомниться. Я поморщилась, потом нацепила на лицо маску участия и поспешила на второй этаж церковного госпиталя.
Палату Нишки я нашла легко, возле нее стояла пара стражников и почему-то профессор Адриани.
Бледный инквизитор как раз вышел из дверей. Он кивнул профессору, который сразу же поспешил в палату. Кысей невидящим взглядом уставился в окно, поэтому я постаралась подойти к нему неслышно.
— Доброе утро, господин Тиффано, — вкрадчиво сказала я, пытаясь не расплыться в глупой улыбке, созерцая хмурый профиль. — До меня дошли слухи, что бедная госпожа Чорек…
Но договорить не успела, инквизитор мгновенно пошел красными пятнами от злости, схватил меня за шиворот и втащил в больничный закуток, подальше от посторонних глаз и ушей. Его локоть больно уперся мне в горло, я оказалась прижатой к стене без возможности вздохнуть.
— По вине вашего ублюдочного воздыхателя Нишка на больничной койке, — Кысей был в бешенстве. — Из-за вашей блажи получить эту клятую вилку он ее чуть не убил!
Я могла лишь хрипеть в ответ, и до него наконец дошло, что так он ничего не добьется. Инквизитор отпустил меня, отвернулся и провел рукой по лицу, словно пытаясь смахнуть невидимую паутину.
— Мерзкая дрянь! Вы знаете, что ваш подельник пытался ее… обесчестить?
Я зашлась в приступе жестокого кашля, усиливаемого истеричным хохотом. Эта дура ухитрилась заехать мне коленом в пах и сильно удивилась, когда я только пошатнулась. Поэтому пришлось скручивать мерзавку, спускать с нее штаны и лапать. К счастью, ее отчаянное сопротивление и поднявшаяся тревога позволили мне без потери лица отпустить ее, пообещав на ушко непременно вернуться за ней и довести начатое до конца.
— Это вы виноваты… — прокашлялась я наконец. — Это ведь вы надоумили Нишку охранять дворцовое хранилище? Так что…
— Замолчите! — рявкнул Кысей, опять подступая ближе. — Не смейте перекручивать все с ног на голову! Где улики? Они уже у вас? Или может вы ему помогали? Где вы были этой ночью? Отвечайте немедленно!
— А вам не кажется, господин инквизитор, что спрашивать у дамы, где она была ночью, по крайней мере неприлично…
— Откуда ваш подельник узнал о тайном ходе в хранилище?
— Ну раз узнал, значит не такое оно и тайное…
— Хватит хитрить и изворачиваться! Ход был замурован давным-давно, еще со времен Синей войны. О его существовании не знал даже капитан дворцовой охраны.
— Вот как? — протянула я в замешательстве. — А кто тогда знал?
О наличие тайного хода атаману рассказал неведомый заказчик, когда изначально реликвию заступницы Милагрос поручили выкрасть из дворцового хранилища. Но потом планы изменились. А я никогда ничего не забываю…
— Господи, это очередной скандал! — продолжал стенать инквизитор. — Из-за этого хода ограблением занимается тайный сыск! А вы заявились сюда, как ни в чем не бывало! Чем вы думали? У вас мозги вообще есть? — он постучал костяшками пальцев по моей голове, а я не успела уклониться. — Или вы их вчера вместе со змеиным мясом сожгли?
Стоило ему упомянуть неудачный бэмшин, как меня захлестнула жгучая обида и холодная ярость.
