Я оставил Крупников в их уютной гостиной, наполненной портретами предков, и двинулся обратно в Лос-Анжелес. Наверняка Сара теперь вернет на полку все фотографии их настоящей дочери, и, по крайней мере, в этом они найдут хоть какое-то удовлетворение.
Надо признать, мне не слишком хотелось рассказывать о новом открытии Виктору. Не столько потому, что его невеста, как оказалось, задним числом наносила все новые удары, вплоть до фальшивого имени и подставных родителей, что могло ранить самолюбие любого мужчины. Но я боялся, что полученная информация еще больше распалит бедолагу. Видимо, с псевдо-Грейс его связывали какие-то химические узы, не ведомые простым смертным вроде меня. Чем больше он узнавал о ней тревожащих фактов, тем сильнее ему хотелось ее найти. Я решил, что если Виктор попросит меня провести расследование об истинной личности своей невесты, я умою руки и предложу ему обратиться в какое-нибудь крупное детективное агентство или заявить на нее в полицию за кражу личности.
Пока я ждал лифта в холле здания, где жил Хьюго, я заметил мужчину, слишком долго стоявшего у почтовых ящиков. Он вроде бы не обращал на меня внимания, но и не предпринимал попыток достать свою почту. Снова слежка? Такие нелепые методы были свойственны агентам ФБР, но я не думал, что моя скромная персона в последнее время заслужила особого внимания ведомства. Когда лифт приехал, я вошел внутрь и нажал кнопку нужного этажа. Конечно, я мог бы поднять на пару этажей выше, а потом спуститься по лестнице, но я всегда считал, что подобные уловки годятся только для романов.
Мне показалось, что Виктор выглядел еще хуже, чем утром. Под его круглыми глазами залегли глубокие тени, напоминающие налившиеся синяки. Руки заметно подрагивали.
– Вам бы следовало обратиться к врачу, – сказал я.
– Несколько раз пробовал, – пожал плечами Виктор. – Никто не знает, как лечить мою мигрень. Когда приступ начинается, он может продолжаться несколько дней и даже привести к судорогам. Потом все проходит само. Вы не возражаете, если я прилягу на диван? Когда я долго стою, меня начинает мутить.
Я присел в кресло и вкратце рассказал о результатах своей поездки к Крупникам, которая добавила лишь новые вопросы к исчезновению Грейс. Как ни странно, похоже, что на Виктора весть о том, что его невеста выдавала себя за другую девушку, не произвела шокирующего впечатления. Или он был уже настолько поглощен своей мигренью, что просто не мог адекватно реагировать на новую информацию.
– Теперь это все уже не так важно, – неожиданно прошептал Виктор со своего дивана. – Грейс мне позвонила.
– Что? Когда?
– Примерно за час до вашего появления. Может, минут за сорок. Я сейчас не слежу пристально за временем. Она хотела извиниться. И сказала, что может все мне объяснить. Грейс или как там ее зовут попросила меня приехать к ней. Представляете, она сказала, что устроилась на сезонную работу по сбору фруктов на какую-то ферму в Сан-Бернардино33. Что за бред. Сказала, что живет в сборном домике с соседкой, но ее соседка сейчас уехала, так что она будет там ждать меня.
– И что вы ответили?
– Я сказал, что не очень хорошо себя чувствую, и попросил ее приехать ко мне. Но Грейс сказала, что это небезопасно. Именно так и сказала, представляете.
– То есть, вы не собираетесь с ней встречаться?
Виктор закрыл лицо руками, сбив очки.
– Я так устал, мистер Стин. Все эти шпионские игры, ложные имена, ложные родители, какие-то секреты и тайны – это не для меня. Я думал, у нас просто будет обычная семья. А теперь я не знаю, что делать. Я хочу видеть Грейс и узнать правду, почему она меня бросила, но я и боюсь того, что она может еще на меня вывалить. Для меня это уже и так все слишком.
Я его хорошо понимал. Если окажется, например, что Грейс в бегах, потому что украла деньги у мафии, перед Виктором встанет нелегкий выбор: последовать за своей невестой, бросив налаженную жизнь и любимую работу, или разорвать отношения, глядя ей прямо в глаза. Ни один человек на свете не хотел бы очутиться в такой ситуации. Или, как минимум, предпочел бы, чтобы решение принял за него кто-то другой. Думаю, Виктор вполне удовлетворился бы прощальным письмом от Грейс с объяснениями и вложенным в конверт кольцом, а еще лучше – доверенностью на продажу дома вместо необходимости ехать на мучительную встречу.
– К тому же в таком состоянии я не могу никуда ехать, – продолжал оправдываться Виктор.
Я взглянул на часы. Было половина пятого, формально мой оплаченный рабочий день еще не закончился.
– Я мог бы отвезти вас.
Виктор задумался и несколько минут молча лежал с закрытыми глазами.
– А вы не могли бы съездить вместо меня? – неожиданно прошелестел он, едва двигая губами. – Там на столике рядом с телефоном лежит адрес этой апельсиновой фермы и указания, как найти ее домик.
– Вряд ли Грейс захочет разговаривать с незнакомцем, – изумился я.
