- Эй, щенок, - хмыкнул Алексей Сергеевич, - у меня жуткое желание поджечь эту развалюху и, наконец, с чистой совестью поехать домой.
Тишина.
- Что ж… Будем считать, что ты свой выбор сделал, - добавил мужчина. – Поджигай! – подмигнул своему помощнику. Тот кивнул и начал опускать крышку люка.
- Нет. Нет. Я поднимусь. Только оставьте меня в живых, пожалуйста, - раздался голос из погреба.
- Вначале поднимись, а потом поговорим, - ответил ему Алексей Сергеевич.
- Я хочу гарантий, - возразил из погреба Саша.
- Гарантий, - хмыкнул мужчина. – Сейчас, будут тебе гарантии, - он кивнул Владу. Тот откинул люк и в два счёта спустился в погреб. Пока снизу раздавались вопли Саши и грохот чего-то падающего, Алексей Сергеевич набрал номер водителя:
- Владу нужна помощь.
«Всё-таки, Юрка, последняя свинья, - подумал он. – Я всегда делаю самую грязную работу, а он только сливки снимает…»
Мужчина вышел на улицу, как же его раздражало это грязное место, а особенно людишки с трусливой душонкой.
- Алексей Сергеевич? – окликнул его водитель.
- В доме, - махнул рукой мужчина. – Тащите пацана в машину. Да, поживее.
Водитель поторопился выполнить его приказ, а он поднял голову и посмотрел на небо.
«Звёзды? – кривоватая улыбка появилась на его губах. – Как же давно я не видел их. Да, и времени нет на эту ерунду. А когда-то…»
- Ммм, - мимо прошли Влад и водитель, которые тащили скрученного Сашу с кляпом во рту. – Ммм, - дёргался парень.
- Вот и славно, - провёл рукой по лицу Алексей Сергеевич.
«А теперь к нотариусу», - поторопился поскорее покинуть место, что будило в нём странные чувства, которым нет места в его жизни. Зачем ему далёкие и холодные звёзды, когда он и так может купить даже луну, если пожелает.
Говорят, что всё в жизни имеет свою цену, даже любовь… Кому-то придётся достать луну с неба, кому-то подарить земные звёзды-бриллианты, а кому-то достаточно одного взгляда.
А если всё имеет цену, значит могут быть скидки и распродажи… Ведь всё, у чего есть цена, имеет срок годности.
Каков он… срок годности любви?
Час? День? Месяц? Год? Несколько десятков лет? Или жизнь?
Зависит ли от «стоимости» продолжительность чувств?
Кристина Олеговна, широко раскрыв глаза, с ужасом смотрела на трёх мужчин, что беспардонно ворвались в её квартиру. Один из них был адвокатом: полноватый, с холёным лицом, в тёмно-сером костюме-тройке, блестящих туфлях и кожаным портфелем, от него буквально пахло деньгами. Второй мужчина был крупным, с резкими чертами лица и выправкой военного. Он был в чёрном костюме и белоснежной рубашке. Глубокая складка между бровями, плотно сжатые губы придавали ему зловещий вид. Третий мужчина был самым молодым, но не менее опасным, чем второй. Квадратный подбородок, холодный взгляд и сбитые костяшки пальцев на правой руке.
Адвокат занял соседнее с женщиной кресло и принялся доставать из портфеля документы.
Женщина вздрогнула, сжалась и судорожно сжала руки в замок.
- Итак, - произнёс второй мужчина, который представился как Алексей Сергеевич, - уважаемая, Кристина Олеговна, вы сейчас быстренько поставите свою роспись на документах, как законный опекун своего недееспособного сына, и мы расстанемся.
- Недееспособного сына? – ахнула женщина, радуясь, что сидела в кресле, иначе бы она рухнула на пол. – Я ничего не понимаю? Какие документы? Я ничего подписывать не собираюсь! – воскликнула она и истерично замахала руками.
- Вы же начали собирать бумаги, чтобы объявить Дмитрия недееспособным и стать его опекуном, исправьте меня, если я ошибаюсь, – растянул губы в ядовитой улыбке Алексей Сергеевич, нависнув над женщиной.
- Да, это так, - заикаясь ответила она.
- Мы вам немного помогли. Бумаги оформлены. Так что теперь ваша очередь. Подписывайте! – рявкнул второй мужчина.
- Я не могу. Ведь тогда Дима останется без жилплощади. Его же не вечно будут в больнице держать, - проблеяла Кристина Олеговна.
- Во-первых, у вас прекрасная и, главное, большая квартира. Здесь достаточно места для двоих, а то и троих. А, во-вторых, можно всё переиграть, - криво усмехнулся Алексей Сергеевич.
- Переиграть? – ахнула женщина, чувствуя, что ответ ей не понравится.
- Никто не помешает нам лишить вас всего, - продолжая улыбаться ответил всё тот же мужчина.
- Нет! – прохрипела женщина.
- Да, - кивнул Алексей Сергеевич и с довольным видом сел на диван, закинув ногу на ногу.
Женщина побледнела. Она схватилась за сердце:
- Я бедная, несчастная женщина. Живу только на пенсию. Дима болен. Я думала продать его комнату и отправить сына в хорошую частную больницу.
«Нет, - презрительно поморщился Алексей Сергеевич, - меня такой театральностью не разжалобишь».
- И потом, есть же ещё Лида. Бывшая жена. Она столько лет жила с Димочкой. Как сыр в масле каталась. Вот с неё и требуйте деньги. Ведь не для себя же Дима их… - и осеклась, съежившись.
