Без вентиляции в комнате сделалось душно и жарко. Вокруг пахло землей и цветущей полынью. Запах Игуаны и Пепла тоже заполнил комнату: запах двух животных, пряный аромат перца и молочный дух сырого мяса.
За окном вовсю грохотала сухая гроза. В такую пору вдоль северного горизонта громоздились тучи, и молнии гуляли в них, превращая черные башни облаков в огромные рождественские елки. В прерии сейчас танцевала пыль, образуя самые причудливые завихрения. Так могло сверкать часами, и часами ревели раскаты грома, но на землю не падало ни капли дождя.
- Я до конца не знала, разрешать тебе делать это или нет, - ровно сказала Игуана. - Это позволяется только жрецу.
- Много ты так детей заведешь, - отозвался Пепел. На миг ему захотелось вырезать всё ее чертово племя до единого, сохранив лишь Игуану, для себя.
- Я даже не знаю, останешься ли ты со мной, - сказала она.
- Останусь.
Жрица помолчала.
- Ты возьмешь меня в жены? - спросила она.
"Ацтекские девочки", - подумал Пепел.
- Могу я просто остаться? - спросил он. - Так, чтоб без игры в дочки-матери?
Игуана взяла его руку и положила себе на живот.
- А если это сын? - спросила она. Потом добавила: - Они заберут ребенка, если у меня не будет мужа.
Пепел хотел закурить, но сигар рядом не нашлось - все они остались в плаще, на краю бассейна.
- Ты был с одной из нас, - продолжала Игуана. - Я знаю, она взяла из тебя сердце. Теперь ты мёртвый человек. Я снова сделаю тебя живым.
- Я останусь, - сказал Пепел, хмуро глядя в потолок. - И я не против, чтоб у тебя был сын. Или дочь. Неважно.
- Ты возьмешь меня в жены? - повторила она.
- Жениться я не могу. Мой гражданский номер сгорел в унитазе.
- В Лас-Вегасе не нужен номер, - сказала Игуана.
Слингер открыл было рот, но жрица притянула его лицо к себе и быстро заговорила:
- Мне нужна только бумага. Ты бросишь меня сразу, как только захочешь. Ты сможешь завести себе других женщин. Я сама их тебе приведу, столько, сколько тебе нужно.
Стрелок нахмурился.
- Не очень это по-жречески. Ты ведь жрица, - сказал он.
- Верховная жрица, - согласилась Игуана, гладя его щеку указательным пальцем. - Ты сможешь взять себе любую мою помощницу. Или чужую. По разумной цене.
- Сорок девственниц, - пробормотал слингер.
- Больше!
- А как отнесется ваш совет к этому? - спросил Пепел. - Верховная жрица - и такой... смешанный брак.
Бессмертная Игуана рассмеялась. Одним гибким движением она снова оказалась наверху. Ее пальцы заскользили по груди Пепла, и к нему сразу вернулось желание.
- Ваш совет, - пропела Игуана, чертя ногтями болезненные узоры у него на коже. - Знаешь, что я сделала, когда взяла у них лезвие? Когда вынула у себя глаз? Я сказала им... что сама знаю цену... своим делам.
За стеной ревел гром, и далекие сполохи молний расцвечивали темноту всеми оттенками лилового. Степной ветер с разгону врезался в окно, заставляя стёкла дребезжать. Ветер пробивался в щели и нес свежий запах прерии. Стрелок запрокинул голову, стараясь не думать о глазах и лезвиях. Жрица принялась ублажать его, сидя сверху и почти не двигаясь, как умели только южные индианки. Она продолжала:
- Потом я стала называть имена. Двадцать семь разных имен.
- Те люди, которых ты убила, - выдохнул Пепел.
- Те люди, которых мне называли в суде, - сказала она, - и не смогли доказать ничего.
- Ты... - Стрелок едва мог дышать.
- Я отрезала глаз, - сказала Игуана, тоже задыхаясь, - и бросила им под ноги. Всем этим жадным старикам, которые хотели видеть боль. Я не морщилась от боли. И крови не дала им... ни капли.
- Ты... угрожала им? - прохрипел слингер.
- Я! - крикнула Бессмертная Игуана, вскинув голову. - Я! Сказала им! Вот ваша цена! Если не нравится, прогоните меня! Но я вернусь... и возьму ее обратно... у вас... и у ваших... у ваших...
- Детей? - выдохнул Пепел.
Ладонь жрицы звонко ударила его по губам, но слингер едва ощутил боль. Все его чувства собрались в тугой узел ниже пояса. Бессмертная Игуана ощутила это и тут же замерла, беспощадно изводя его, снова не давая ему шевельнуться. Пепел хотел сбросить ее, но Игуана была наготове. Она отпихнула его прочь, ладонью в грудь, с неожиданной силой.
- Сначала говори, - потребовала жрица. - Ты хочешь сделать это опять? Сделать то, что тебе нельзя?
- Да! - выдохнул слингер. Он снова рванулся вверх - и снова рухнул, встреченный ее ладонью.
- Ты возьмешь меня в жены?
- Да. В Вегасе. Да, возьму!
Пепел дернулся еще раз и повалился, едва дыша, не в силах больше сопротивляться.
- Ты поедешь, куда я скажу?
- Да.
- Сделаешь то, что я скажу?
- Я был помолвлен с одной из вас, - пробормотал стрелок и сглотнул. - Я знаю, как это работает.
В один миг Игуана сделалась ласковой. Она помогла ему в несколько умелых движений, и наклонилась, когда Пепел привлек ее к себе, и терпеливо прижималась к его губам, пока он кусал и терзал ее, сотрясаясь в новом оргазме.
>>>
Едва стрелок успокоился, Бессмертная Игуана скользнула прочь и улеглась рядом, крепко обвив его ногу своими. Гроза за окном утихла, и полынь начала пахнуть еще сильнее.
- Я буду тебе хорошей женой, - пообещала она. - Как тебя зовут?
