И вовремя – Ришас уже почти захлебывается в крике, обессиленный, дрожащий, весь перепачканный смазкой, он сходит с ума от безумных движений в себе. От него, от Шааса… Кто бы знал, что он мог быть таким! Его, теперь его… Теперь никуда не денется, будет с ним. Будет – грохотала мысль в голове, и сладко сжималось сердце, а внизу живота все горело огнем. Еще, еще, пожалуйста…
Бешеное желание, бешеный темп… Рука тянется обхватить изнывающий член, но ее останавливает чужая. Подожди, еще слишком рано… Потерпи немного…
Но сил уже нет. В животе словно раскручивается тугая, напряженная пружина, даря долгожданный оргазм. Последние толчки оглушают, становятся рваными, куда-то глубоко внутрь выплескивается семя, и тут же тело снизу начинает биться в сладких судорогах. Последнее движение, последний хриплый вздох, и тут же губы вновь касаются губ, заставляя его развернуться и посмотреть в зеленые глаза совершенно пьяным убийственным взглядом.
Шаас осторожно приподнял почти бессознательное тело, доползая до кромки воды и опускаясь в нее. Ришас пришел в себя через несколько мгновений и слабо ухватился за его шею, позволяя смыть со своей чешуи следы обоюдной страсти. Ниже пояса она уже почти закрылась, и золотые пластинки слегка поблескивали от воды. Какое-то время они молчали, не желая рушить идиллию момента.
- Тебе пора возвращщщаться…
- Знаю. Но не хочу.
- Будут проблемы с Ашшшесом.
- Наверное. Но мне все равно. Да и Ашшшеса сейчас другое волнует.
- И что же?
- Горгоны заявили о перемирии. Наги относятся к этому с подозрением.
- Это я знаю.
- Знаешшшь?
- Да. Я виделся сегодня с…
- С ним? Это он приходил к тебе? Вы… ты… нет… - задохнулся Ришас, боясь даже представить это.
- Ревнивец, - Шаас легко коснулся губами его виска, притягивая к себе. – Я не был с ним. Уже давно.
- Давно? – недоверчиво пробормотал золотой наг.
- Как только научился защищщщать себя, - улыбнулся Шаас. – Он меня боится. Моей магии. И не зря…
- Я не сомневался в твоих способностях, - прошептал юноша, теснее прижимаясь к нему.
- А что по поводу твоих? Вернуться ты сможешшшь?
- Это же не проходит так сразу, - усмехнулся Ришас. – Магия уйдет, если мы несовместимы. А вдруг?..
- Ришшш…
- По крайней мере, физически точно совместимы, - золотой наг покраснел. – Мое тело приняло тебя.
- Я это почувствовал, - засмеялся Шаас. – А волноваться за тебя я все равно буду.
- Правда?
- Можешшшь проверить меня амулетом Ашшшеса.
- О, я думаю, Ашшшес мечтает, как бы меня самого им проверить!
Наги засмеялись, сплетаясь хвостами и в последний раз целуя друг друга, долго, нежно, словно обещая этим гораздо большее. Потом Ришас исчез, а Шаас долго глядел мечтательным взглядом на каменные своды, улыбаясь про себя своим мыслям.
***
А в это время в своей собственной пещере Риней уже который час спорил с Инаром, который ничуть не уступал ему в упрямстве и умении влиять на других горгонов. Но, несмотря на такую схожесть характеров, мужчины никак не могли прийти к общему решению, а принять его, так или иначе, стоило.
Риней стоял за продолжение войны. Инар же был за мир. И каждый полагал, что именно такое развитие событий выгодно их сородичам.
- Наги ослабли, - твердил Риней, раздраженно глядя в спокойные ярко-голубые глаза оппонента. Того, казалось, не брало ничего, и доводы все быстрее заканчивались под его одним единственным вердиктом. – Война подкосила их, а теперь все стало только лучше – эта твоя попытка перемирия только разбила их на два лагеря, поссорив предводителей. Самое время, чтобы напасть. Если наги будут уничтожены, территория станет нашей.
- В тебе говорят эмоции, Рин, - Инар по прежнему невозмутимо смотрел на него, с досадой отмечая, что Риней так и не внял его советам по поводу смены ипостаси. Шипящие змейки выводили его из равновесия. – Война понесет и наши жертвы. А мир дал бы нам преимущества гораздо большие, чем ты думаешь.
- Из тебя получился бы неудачный воин…
- А из тебя – неудачный стратег. Пойми же, наконец. Один горгон уже стал Избранником нага. О чем это говорит?
- Что его следует скормить морским ящерам.
- Что мы можем спариваться с ними. А это позволило бы не только выйти на сушу окончательно, но и укрепить магические способности, которые у горгонов уже достаточно ослабли.
- Если мы выйдем на сушу, мы станем беззащитны! Наги разделаются с нами за секунды!
- Ну, половина нагов во главе с Алесом уже готова принять мир. Второй сопротивляется, но и его постепенно дожмем. Это не проблема.
- Ашес не пойдет нам навстречу. А я не пойду навстречу ему.
- Может, все дело в твоем невозможном упрямстве? И ты просто не хочешь признать, что не прав, именно сейчас, здесь, передо мной?
Инар хитро улыбнулся, наблюдая за свирепым видом своего сородича. Эти ежедневные споры выматывали, но оно того стоило. У молодого горгона появилась мишень для забав.
Он вдруг протянул руку, легко касаясь шипящих ядовитых змей.
- Убери это. Они внушают ужас. Наги поэтому и не любят нас, что мы так выглядим…
Риней грубо отдернул его руку и отошел в сторону, подальше от этого несносного малолетнего выскочки.
- Не смей мне указывать.
