— А-ах. — Патрисия держала чашку перед лицом, почти ныряя носом в теплую жидкость. — Слава богу, миссис Броуди знает, до какой температуры следует нагревать воду.
Подруга сделала глоток чаю и с деловым видом отставила чашку.
— А сейчас расскажи мне о Лондоне и своей новой жизни.
— Он очень оживленный, — медленно начала Люси. — Лондон, я имею в виду. Там есть, чем заняться и куда пойти. Недавно мы ходили театр, я была в полном восторге.
— Счастливица, — вздохнула Патрисия. — Хотелось бы мне посмотреть на всю эту разодетую публику.
— М-м. — Люси улыбнулась. — Моя невестка, Розалинда, необыкновенно добра. Ходила со мной по магазинам и показывала мне свои любимые. Еще у меня есть племянница. Она играет с оловянными солдатиками.
— Очень необычно. А твой муж? — чересчур невинным тоном поинтересовалась Патрисия. — Как у него дела?
— У Саймона все хорошо.
— Но я заметила, что ты прибыла без него.
— Он занят…
— В Рождество. — Патрисия приподняла бровь. — Ваше первое Рождество вместе. И пусть я осведомлена, что ты — совершенно несентиментальная женщина, для меня, тем не менее, твой приезд без супруга выглядит подозрительно.
Люси помедлила, наливая себе вторую чашку чая.
— Не думаю, что это твое дело, Патрисия.
Подруга выглядела потрясенной.
— Конечно, нет, но если бы я сдерживала свое любопытство в рамках исключительно того, что меня касается, то никогда бы ничего не узнала. Кроме того, — более спокойно заметила Патрисия, — я тревожусь о тебе.
— А. — Люси отвела взгляд, чтобы скрыть подступившие к глазам слезы. — Мы не сошлись во мнениях.
— Не сошлись во мнениях, — повторила Патрисия.
Подруги помолчали.
Потом Патрисия ударила кулаком по сиденью.
— Этот ублюдок уже завел любовницу?
— Нет, — испуганно нахмурилась Люси. — Почему все сразу начинают предполагать именно это?
— Все? — с интересом переспросила Патрисия. — Может, потому, что он так выглядит.
— Как?
— Понимаешь… — Патрисия неопределенно поводила рукой в воздухе. — Будто о женщинах он знает намного больше, чем ему следует.
Люси покраснела.
— Так оно и есть.
— Что и делает виконта почти неотразимым. — Патрисия отпила чай. — И тем тревожнее, что ты сочла возможным покинуть мужа. Особенно, как я уже и говорила, в Рождество.
Внезапная мысль поразила Люси. Она отставила чашку.
— Я не доделала его подарок.
— Что?
Люси уставилась на подругу.
— Я собиралась нарисовать для него книгу, но не закончила.
Патрисия выглядела довольной.
— Значит, завтра ты собираешься с ним увидеться…
Подруга продолжила что-то говорить, но Люси уже ее не слушала. Патрисия была права. В какой-то из прошедших нескольких минут момент Люси приняла решение: она вернется к Саймону, и вместе они как-нибудь уладят свои разногласия.
— Чуть не забыла, — спохватилась Патрисия, вытащила из кармана маленькую коробочку и протянула подруге.
— Но у меня нет для тебя ответного подарка. — Люси открыла коробочку. Внутри лежал женский носовой платок с вышитыми на нем ее новыми инициалами. Сказать по правде, буквы вышли кривовато, но, невзирая на это, были совершенно очаровательными. Как трогательно. — Спасибо, Патрисия.
— Надеюсь, тебе нравится. Боюсь, я протыкала собственные пальцы иголкой едва ли не чаще, чем саму ткань. — В доказательство подруга продемонстрировала Люси свою правую руку. — И знаешь ли, ты уже его сделала.
— Сделала что?
— Подарок мне. — Патрисия опустила кисть и принялась изучать свои ногти.
Люси озадаченно посмотрела на нее.
— Недавно мне поступило предложение руки и сердца, и раз уж ты в том же самом вопросе тому же самому джентльмену отказала и, более того, вышла за кое-кого другого…
— Патрисия! — Люси вскочила, чтобы стиснуть подругу в объятиях, и чуть не опрокинула поднос с чаем. — Ты хочешь сказать, что помолвлена?
— Именно.
— С Юстасом Пенуиблом?
— Ну…
— А что же случилось со старым мистером Беннингом и его девяноста акрами пахотной земли?
— Да, это так печально, правда? — Патрисия убрала на место выбившийся золотистый локон. — А еще его огромное поместье. Вот ведь на самом деле досада. Но, боюсь, мистер Пенуибл совершенно сокрушил мое благоразумие. Думаю, все дело в его росте. А может быть, ширине его плеч. — Подруга задумчиво отпила чай.
Люси едва не захихикала, но сумела удержаться в последний момент.
— Но как тебе удалось добиться столь быстрого результата? В моем случае ему понадобилось три года.
Патрисия приняла притворно застенчивый вид.
— Должно быть, всему виной моя пелерина.
— Твоя пелерина? — Люси взглянула на невинный кусочек кружева, что прикрывал декольте Патрисии.
— Да. Мистер Пенуибл пригласил меня покататься и каким-то образом, — Патрисия расширила глаза, — она выбилась из выреза. Сама я не сумела привести ее в порядок, так что попросила его.
— Попросила о чем?
— Как о чем, заправить мне ее обратно, разумеется.
— Патрисия, — ахнула Люси.
— По какой-то причине после этого он почувствовал необходимость сделать мне предложение. — Патрисия улыбнулась, точно кошка над горшочком сливок. — Мы празднуем помолвку на следующий день после Рождества. Ты ведь придёшь, правда?
Люси осторожно поставила чашку.
