Наставник Келлан, спасибо, что написали мне!

Я так рада, что вы уже в порядке! Не знаю, откуда в вас столько сил, но я благодарна вам, что вы боролись с заклятием и пытались уберечь меня, даже когда оно влияло на вас. Я тоже в порядке, и герцог не потребовал от меня ничего такого, что я бы посчитала опасным, неправильным или трудным. Думаю, вам было намного сложнее, чем мне.

И вы ни в чем передо мной не виноваты — ни в прошлом, ни тем более сейчас. Приют нуждается в вас, и я уверена, все будут рады вашему присутствию. Боюсь, что битва, о которой вы пишете, совсем не такая легкая, раз вам надо участвовать в ней, но вы — это вы, вас вряд ли можно победить, так что я постараюсь не бояться за вас, а всей душой лишь желать удачи и благополучия.

Насчет меня беспокоиться не стоит. Я услышала ваше предупреждение, но мне не кажется, что черный герцог желает мне вреда прямо сейчас, а после окончания похода я постараюсь держаться от него подальше. В любом случае я настороже. Спасибо, что заботитесь.

У отряда все хорошо. Не уверена, что вам есть смысл ехать за нами. Скорее всего, вы нас не догоните и не найдете: мы здорово плутаем, чтобы никто не мог нас обнаружить. Директор Роберт как-то маскирует наши следы. И нам удается пройти, не раскрываясь, мимо всех, кто нас ищет: спасибо вашему отцу, накрывшему нас иллюзией.

Берегите себя, прошу вас! Надеюсь увидеться с вами как можно скорее, но не ценой вашей безопасности!

Извините за сумбурное письмо.

Алана

Келлан бросил письмо на стол, бездумно опустился на диван и обессиленно откинулся на спинку. Он прикрыл глаза рукой, не давая пролиться подступившей к векам влаге. Алана была в порядке, она общалась с черным герцогом, которого почти не боялась, и она не хотела, чтобы Келлан шел за ними.

«Наставник Келлан». И снова это холодное, обезличенное и преувеличенно вежливое обращение, как тогда, в самом начале, будто он не самый близкий ей человек, а только лишь наставник, с которым у нее сложились хорошие отношения.

Нежность, сочувствие, радость и беспокойство. Алана была такой же чистой и доброй, как и всегда, она не винила его, успокаивала по мере сил, вежливо благодарила. И явно не хотела причинить ему боль.

Вот только в этом письме не было ни слова о любви.

<p>Глава 48. Сеть. Даор</p>

— Я с вами не поеду! — Глаза девочки чудесно блестели возмущением, щеки горели. — Лучше попробую сама, я уже привыкла к седлу.

— Ты никогда не ездила галопом, а продержаться нужно несколько часов, — негромко проговорил Даор, наклоняясь. — Тебе нельзя ехать одной.

Алана плотно сжала губы. Теперь она не шарахалась, когда он подходил к ней, лишь только немного напрягалась и смущалась, и это было восхитительно. Она выглядела милой и трогательной, и снова герцогу захотелось коснуться ее лица, чтобы только ощутить этот разливающийся под кожей и глубоко за ребрами жар. Но Алана упрямо потрясла головой, чуть отступая.

— Спасибо за беспокойство, — сказала она не терпящим возражений тоном. — Но вы не мой охранник.

Даор засмеялся:

— Разве? Я тебя охраняю.

Не удержавшись, он легонько коснулся ее бархатной щеки — невесомо, только кончиками пальцев, но и этого оказалось достаточно, чтобы пульсировавшее в груди тепло наполнило его целиком. Нежность по отношению к этой девочке была в переживании куда ярче и счастливее страсти по отношению к любой из женщин, что обращали на себя взор черного герцога.

— Я не поеду одна, — тише и уже не так уверенно согласилась Алана. — Я поеду с Гвианой.

— Гвиана не выдержит галопа, — заметил Даор. — Ее тоже кто-то возьмет на седло. И она останется на месте первой стоянки.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Хроники Альвиара. Независимые истории

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже