Никто не осадил его, никто не посмеялся, никто не согласился. Герцоги были погружены в свои мысли, они вполголоса переговаривались со своими родными, и, чей бы взгляд Вестер ни ловил, он видел только лучше или хуже скрываемый страх.
Иногда Вестер встречался глазами со стоявшей прямо, как стрела, Юорией и пытался понять, почему она так спокойна. Черная роза молча глядела на то, как Роберт и Даор накладывали на приведенных герцогом бедняг иллюзию, точь-в-точь повторявшую их собственную внешность. Несмотря на краткое объяснение директора, — что демон может видеть иллюзию, но, различив под ней тот же облик, решит, что она многослойна и под ней скрывается другой человек, — идея казалась Вестеру странной. Он был удивлен, как спокойно приняли ее остальные герцоги, до того пытавшиеся показать себя высокоморальными: всем ведь было ясно, что удары демона, предназначенные представителям знатной крови, по этой задумке обрушатся на безропотных слуг.
Когда Даор Карион подошел к нему, провел ладонями у его лица и кожа затеплела, впитывая заговор, Вестер попытался поймать взгляд черного герцога, сам не понимая, на что надеется. Отчаянно он бросился в бой.
— Я хочу гарантий. — Губы плохо слушались. — Иначе я призову демона. И прикажу ему…
— Прикажешь? — усмехнулся Даор, продолжая накладывать иллюзию. — Интересно.
— Попрошу его, — сглотнул Вестер. — Перебить герцогов. Всех вы не спасете, поэтому…
— Попроси же, — оборвал его Даор. — Ты переоцениваешь значимость этих людей и этого мира для меня. Моя пара уже не здесь, и я в любой момент могу уйти и дать твоему другу высосать Альвиар до последней капли — весь, включая тебя самого. Может, в этом случае мы не будем с ним ссориться и никто не спасет ни тебя, ни Юорию, ни Белые земли, которыми ты мечтаешь править.
— Я — ваш единственный Вертерхард, я могу призвать демона… — упрямо повторил подумавший о Юории Вестер и тут же осип.
— Не можешь, — равнодушно отозвался Даор, пока шепчущий безуспешно пытался прокашляться. — Шантаж — глупый путь, Вестер. Однако свое слово я сдержу.
— Белый щенок гавкает смело, а сам писается от страха, — хрипло рассмеялся услышавший их разговор Сфатион. — Понимает, что скоро отправится на вертел правосудия. Бедный Вертерхард. Додумался наконец, вот и скачет.
И тут к Вестеру подошла Юория. Она встала между ним и Сфатионом, словно заслоняя мужа от красного герцога, и ободряюще положила Вестеру руку на плечо. Это было так на нее не похоже, что он не знал, что и думать.
Голос Юории почти не дрожал, когда она обратилась к Даору:
— Вы дадите им убить нас, дядя?
— Смотря как проявите себя, — усмехнулся Даор.
— Видишь? — шепнула Юория мужу, когда герцог отошел. Вестер только покачал головой.
— Так, еще раз, — поднял руки Роберт, привлекая общее внимание. — Нас двадцать шесть человек. Все зачарованы, все защищены, все укрыты. Демон не поймет, кто есть кто. Ваши щиты выдержат пару ударов, а больше мы ему сделать и не дадим. Он будет бить по тем, кого посчитает вами. Появимся в самом Разломе, но придется немного подвигаться: до ритуальных камней порталами не добраться. Герцог Карион знает путь. Бежим, а не идем. Даника, вы тоже.
Женщина ничего не ответила. Вестер с жалостью посмотрел на ее супруга — полного мужчину, на прыть которого Роберт, похоже, не рассчитывал.
— Дорогая, — шепнул ей Ив. — Он прав.
Даника стиснула руку мужа сильнее и беспокойно, упрямо сжала губы, не вступая в бессмысленный спор.
— Ну что ж, медлить больше нельзя, удачи нам, мои сиятельные! — улыбнулся Роберт, словно приглашал герцогов на охоту, а не в смертельную ловушку. — И пусть демон нас проворонит.
Это место отличалось от представления Вестера. Он думал, они окажутся на вершине одного из пиков или, наоборот, на дне пропасти, называемой Бездонным Разломом и считающейся одним из самых опасных мест континента и всего мира. Конечно, по легенде, пасть Разлома не имела горла, но разве такое могло быть в реальности? Вестер когда-то читал, что бездна, образовавшаяся в сердце длинных хребтов, вела в другие миры, и именно поэтому демоны могли появляться здесь во плоти, оставаясь на самом деле у себя. Но представить себе бездонности Вестер все равно не мог.
Ветер почти сбил белого герцога с ног, и, если бы не Теа, он уже оказался бы где-то внизу, на собственной шкуре проверяя свои догадки. Но целительница подхватила его — Вестер лишь ощутил рывок в районе живота — и вернула на острые черные камни, по которым сразу заскользили, ища опору, ноги.
