Дальше начался торг, суровый и беспощадный. Митяй был готов рвать жилы за каждый золотой, будто знал способ забрать деньги с собой на тот свет. Результатом сорокаминутных посиделок стали: дважды посланный нахрен посыльный, информация о местах нахождения деревни Верхнее Гадюкино, лесопилки, мастерской алхимика, берлоги медведей и упоминание о развалинах старого форта далеко на севере. Также удалось уговорить старосту оставить Полину, ее престарелую наставницу и всех детей в деревне, присматривать за ранеными и ожидать возвращения народных мстителей. Со своей стороны я обязался отчислять лично Митяю двенадцать процентов комиссии за наем рабочих и принимал квест в довесок.
Деревню покидали гурьбой. Не имевшие понятия о военной науке, вчерашние рыбаки и кухарки, даже не пытались организовать хоть что-то похожее на колонну. Группа из трех молодых парней, красуясь перед единственной молодой девушкой, громко фантазировала и спорила о том, кто из них больше гоблинов закидает камнями. Какой-то старик громко причитал, что вот раньше гоблины были ого-го, а сейчас одно название. Дородного вида женщина с крепкими, как у кузнеца руками, наставляла деревенских подруг. Дескать, бить гоблина скалкой не сложнее, чем мужа после попойки. Все это создавало такой ореол гомона и шума, что даже глухой на оба уха дозорный почуял бы неладное. Про боковое охранение и разведку вовсе говорить не приходилось. Вдобавок деревенские продолжали считаться нейтральными юнитами, не находились под моим командованием и не открывая область вокруг на мини-карте.
Понимал ли я к чему это приведет? Безусловно. Считал ли нужным строить из себя героя и грудью прикрывать излишне деятельную непись? Отнюдь. Ответственность за поход заранее переложил на Митяя. Это не мои люди. Не я собрал и веду их в бой. Не мне за них и отвечать. Будет возможность помочь — помогу. Но быть в каждой дырке затычкой — тут вы обратились не по адресу. Я не герой и четко отдаю себе в этом отчет. К героям у меня, благодаря отцу, отношение неоднозначное.
Когда мне было тринадцать, в одной из соседних республик разгорелся гражданский конфликт, спонсируемый спецслужбами третьих стран. Беспорядки охватили несколько густонаселенных областей. Репортажи об этом крутили по всем интернет-каналам. Отец не мог спокойно смотреть, как страдают невинные люди. В первых рядах отправился добровольцем в горячую точку. Вернулся через пол года, с ранением. Очень переживал, что оставил друзей там, в пламени гражданской войны. Мать уговорила его больше не рисковать, второй раз могло не повезти. Гордился ли я им? Безусловно.
Несколько месяцев прошли мирно. Отец восстановился и вернулся на работу в МЧС. Дело ответственное и непростое. Все изменилось в день моего четырнадцатого дня рождения. Близ одного из населенных пунктов неожиданно вспыхнул крупный лесной пожар. На локализацию возгорания и вывоз жителей мобилизовали всех, до кого могли дотянуться, выдергивая из отпусков и с больничных.
Как рассказали нам позже очевидцы тех событий, в одном из домов на окраине того поселка жила пара пенсионеров. Они всеми силами упирались, отказываясь покидать дом и апеллировали тем, что «вы ж пожарники, вот и тушите». Отец с напарником тщетно пытались вытащить их наружу, пока не стало слишком поздно. Огонь подобрался очень близко, буквально облизывая стены сарая и бани.
Под ругань деда и бабки, отец силком вывел их на улицу, требуя сесть в машину. В этот момент раздался взрыв. Потом еще один. И еще. Четверых пострадавших вытащили лишь чудом, но до больницы не довезли. Уже много позже матери сообщили, что в сарае ушлый дед-чернокопатель хранил снаряды, взорвавшиеся от высокой температуры.
Продолжал ли я гордиться отцом? Безусловно. Но его самоотверженность в тот день принесла огромное горе нашей семье. Мать не смогла смириться с потерей и отправилась в лучший мир, к отцу, спустя девять месяцев. Никому не нужный подросток, с разбитым сердцем, в одинокой и серой квартире, со скромным наследством на счету, остался на попечение едва знакомой ушлой тетки. От воспоминаний о прошлом уголки глаз намокли, а зубы заскрежетали от бессильной злости. Сколько крови выпила эта тварь и ее ненаглядная дочка…
