Недавно она обмолвилась, что ей жаль, что она раньше не заметила его. Если бы она обратила на него внимание в Риме и увлеклась им, ответив на его ухаживание, её жизнь сложилась бы по-другому.
– Не хватит ли Вам загорать? Вы тут уже четвёртый час жаритесь? – спросил он у нас. Винни был очень резким с мужчинами и мягким с нами, за это он мне нравился.
– Мы уже возвращаемся. – Альба опустила глаза и подхватила меня под руку, прежде чем я успела и слова вставить, она потащила меня к выходу. – Ребёнок важнее. Вито не будет же убивать тебя, побросает пару взглядов и всё. Потом отстанет.
– Хотелось бы в это верить. – Я успела Альбе рассказать об ужине и моих подозрениях насчёт планов Кобейна и Вито. Подруга согласилась со мной в том, что это возможно, но попросила раньше времени не думать над такими глупостями.
– Ты лучше получай витамин «Д» и ни о чём не думай. Ты уже как-то надумала себе и где оказалась?
Я пошла в апартаменты Марко, а Альба к себе. Мы разошлись, и я на негнущихся ногах отправилась на встречу Вито. Как я и чувствовала, итальянец сидел с сыном на кухне за столом. Лицо у него не обещало встречи с распростёртыми объятиями.
Вокруг мужчин на полу валялась разбитая посуда. Разговор видимо был напряжённым. И я догадывалась, что так разозлило их.
– Добрый день. – я не смогла себя заставить посмотреть Вито в глаза. Вместо того, чтобы поговорить лицом к лицу, я рассматривала свои голые ступни. Каждым сантиметром кожи чувствовала, как Луккезе – старший прожигает меня голубыми глазами, полными ненависти. Мужчина не готов был меня простить.
– Выглядишь замечательно. – я слышала, как Вито поднялся на ноги. – Так и не успел тебя поздравить со свадьбой. Очень красивая получилась. Ты была великолепна.
Каждое слово Витторио попадало прямо в сердце. Он специально задевал меня, чтобы причинить боль. Как бы я не старалась оставаться спокойной, но слёзы в уголках всё же проступили.
– Папа! – голос Марко был замогильным, я больше испугалась его, чем самого Вито. – Ты хотел переодеться и навестить Кобейна.
– И в правду. Хотел обсудить с ним детали ТВОЕЙ свадьбы. Не Комо, но уверен, что Патриция будет бесподобна.
Я задохнулась. Зажмурилась. Перестала дышать.
Было страшно и больно. Ждала, чтобы Марко сказал, что глупости это всё, не будет никакой свадьбы, но Римлянин ничего не сказал, а Вито просто ушёл, оставляя нас наедине.
– Ты слишком долго была на солнце. – осудил меня Римлянин, указывая на кожу, которая горела, но отнюдь не от солнца. – Если не знаешь меры, то не нужно больше ходить на бассейн.
– Хорошо. – мне удалось выдавить из себя улыбку. Марко не собирался обсуждать со мной свои планы. – Можно мне в душ?
– Ты слишком долго там проводишь время. – задумчиво протянул Марко, опуская голые стопы на пол и наступая на битое стекло. Я ахнула, переживая, что он изрежет ноги. – Хочу расставить все точки над «и» сразу, чтобы ты опять не наделала глупостей и не навредила ребёнку. – Луккезе подошёл ко мне и оттянул тунику в сторону. Он оставил за собой на полу кровавые следы стоп, но боли как будто не чувствовал. – Отец хочет, чтобы мы с Патрицией поженились и объединили наши семьи. Я не решил ещё, будет ли эта свадьба, нужно ли мне это.
Я просто кивнула. Быстро. Что мне нужно было сказать ему? Что я молю его не жениться на Патти?
– Чтобы ты чётко понимала своё положение… – продолжил беспощадно Марко. – Я собирался на тебе жениться и спасти от проблем, хотел сделать тебя законной женой, завести с тобой детей и любить Вас. Но ты развесила уши, сбежала от меня, опозорила и наделала столько глупостей, что мне ещё долгие годы придётся их разгребать. Сейчас я буду думать не только о себе и тебе, но и о своём отце и людях, которые нам доверились. Ради них я буду поступать так, как будет лучше для клана. Если для его благополучия будет нужно жениться на Патриции, я сделаю это.
Я смотрела на Марко как побитая собака, всё понимала, а сказать ничего не могу.
В ушах стучало заветное «любить Вас».
– Ты будешь там, где я скажу. В качестве той, кого я определю. Ты принадлежишь теперь мне со всеми потрохами. Когда ты родишь, ребёнок будет с тобой, я признаю его и воспитывать малыша мы будем вместе. Но я не обещаю, что женюсь на тебе.
– Спасибо. – в груди запекло, сердце пронзило холодной сталью, дыра от удара разрасталась, оставляя за собой пустоту. – За честность и прозрачность.
У меня сводило мышцы во всём теле после разговора с Марко. Каждая частичка отреагировала на холодную правду и теперь содрогалась от ужаса. Я успокаивала себя тем, что могу найти счастье в ребёнке, посвящу ему жизнь.
Моя жизнь как посуда на кухне – разбилась вдребезги. Будет чудом, если всё наладится.
– Можно мне пройтись с Альбой по городу? – спросила я осторожно Римлянина. – Хочу походить и подышать морским воздухом.
На самом деле мне срочно нужно было уйти отсюда, чтобы не видеть Марко, не говорить с ним и не прикасаться. Нужно было время, чтобы переварить услышанное.
