— Нет уж, спасибо, — отказался Иван, и тогда эксперт забрал у него банку, открыл ее, и до Ивана долетел легкий знакомый аромат. Эксперт отпил пузырящейся воды и крякнул.
— Ты понимаешь, Третьяков, это же запечатанная алюминиевая банка, она по определению не вызывает подозрения. Если бы это был термос или что-то такое, уже открытое. Даже пластиковая бутылка… Но запечатанная банка газировки выглядит на сто процентов безопасно. Ты сам ее открываешь, ты сам ее пьешь. Между прочим, на твоей банке из Круглова были найдены только отпечатки пальцев убитой девушки — и на банке, и на открывашке. Она сама ее, эту банку, взяла, сама ее открыла. Абсолютная безопасность, как я и сказал.
— Но препарат же уже был внутри? И как же он тогда подмешивает снотворное в закрытую банку?
— Простая, но поразительно эффективная методика. Смотри, — Саша поднес к лицу Ивана банку. — Он прокалывает банку под ободком, прям из-под металла, вот тут, точно под металлом. Алюминий такой толщины можно проколоть иглой от стандартного шприца на пять кубиков. Дальше твой фигурант вгоняет снотворное в газировку и тут же, пока газ из банки не вышел, запечатывает место прокола при помощи строительного пистолета с горячим клеем. Если этого не сделать, газ выйдет, банка при открытии не будет пшикать, и это может вызвать подозрения. А так — прозрачная капля горячего клея намертво заклеивает малюсенький прокол. Все, дело сделано. Банка будет открываться, как обычно.
— Но клей — его же могут заметить, — возразил Иван.
— На-ка, посмотри, — и эксперт снова сунул Ивану банку. Тот осмотрел ее и заметил белесые, словно восковые, капельки в паре мест на банке. — Ну как?
— Что — как?
— Подозрительно? В этом-то и фокус, что почти на всех банках можно наткнуться на капли клея.
— На нормальных банках?
— На совершенно нормальных, ничем не отравленных банках — как вот эта в твоих руках. Потому что технологически банки на заводе сцепляют в блоки по шесть или девять штук пластмассовой держалкой, с которой при упаковке на банки иногда тоже капает пластик. А клей, к твоему сведению, тот же пластик. Чуть другой состав. В общем, все гениальное просто.
— И смертельно опасно, — пробормотал Иван. — Теперь я никогда газировку пить не буду.
— И молодец, все равно от нее здоровью один вред.
— Точно. Лучше пить водку. А что насчет жертв? Есть что-нибудь для меня?
— Ну, девушка твоя — тут все просто и понятно. И время смерти установлено, и причина. Отделение головы от тела вследствие удара острым тяжелым предметом, предположительно — топором.
— А руки и ноги? Он их отрубил до или после смерти?
— А какая разница? — поднял бровь Саша. — Вообще, довольно странный товарищ — этот ваш убийца. Да, ты прав. Сначала он отрубил девушке ноги, затем подождал чуток и отрубил руки. Затем еще подождал — и только потом отрубил голову. Подождал минут десять, наверное.
— Она могла прийти в себя от боли? — спросил Иван, и Алтухов задумчиво пожал плечами.
— Почему бы и нет? Исключать никак нельзя. Болевой шок как выключает людей, так и включает. Но будем все же надеяться, что в себя жертва не приходила. Так, вторая жертва — это совершенно другая история, — оживился Алтухов. — Точную дату убийства мы, конечно, не установили. Сам понимаешь, три года прошло.
— Я знаю дату. Убил он его девятнадцатого мая пятнадцатого года. Валерий Михайлович Рюмин, пенсионер из Нижнего Новгорода, дачник, из тех, кто, знаешь, по весне с рассадой едут на дачу.
— Вы его что, уже опознали? — причмокнул Саша. — Хорошая работа, уважаю.
— Да там несложно было, семья и жена искали убитого по полной программе. Рюмин числился пропавшим без вести в Новгородской области. В тот день Рюмин как раз к жене ехал на дачу, а машина сломалась. Ее нашли — недалеко от дачи, на трассе. Машину нашли, пенсионера — нет. Вероятно, Черный Воин его подвез и каким-то образом опоил. Вы нашли в крови флунитразепам? — спросил Иван.
Алтухов покачал головой.
— Нет, Ваня. Там другая история, как я сказал. Во-первых, не было флунитразепама. Видимо, твой пенсионер все же отказался пить газировку. Во-вторых, даже если бы он и выпил — твой Черный Воин подобрал его почти около дачи, там ехать было бы всего ничего, да? Это и объясняет, зачем Черный Воин нанес черепно-мозговую травму. Некогда ему было ждать, вот и ударил.
— Старика, — скривился Третьяков, словно съел что-то горькое. — Рюмину было семьдесят два года. Заслуженный учитель. Физика, математика. Двое детей, трое внуков. Мы смогли опознать его по описанию родственников, по одежде в основном. Тело было в ужасном состоянии. Три года прошло.
— Ему тоже отрубили руки и ноги, а затем голову. Тоже, вероятнее всего, Черный Воин дождался, пока из тела вытечет вся кровь, только потом отрубил голову. Может быть, он вампир?
— Нет, это вряд ли. Вокруг тела Штонды было море крови, она просто вытекла на землю.
— Ну, не знаю тогда, зачем. Безумие, да? — пробормотал эксперт. — Я слышал, это ритуальные убийства? Какой-то древний ритуал викингов?
