– Здорово, дружище! Я уж и не думал, что еще свидимся.
– Здравствуйте, – сказал я, усаживаясь в мягком кресле.
– Надо срочно выпить по такому поводу, – сказал Астахов и достал из стола две небольшие рюмки.
Налив по пятьдесят грамм "беленькой", мы выпили за здравие. Потом, закусив небольшим кусочком колбасы, он стал мне рассказывать о событиях, произошедших в мое отсутствие: оказалось, что группу Обухова кто-то сдал, причем сделал это явно свой человек. Контрразведка стала вычислять, кто бы это мог быть и даже установила личность подозреваемого, но в одну из ночей, подозреваемый, рядовой Андрей Климов, был убит при загадочных обстоятельствах – на трупе не было обнаружено никаких следов. Как будто человек взял и просто умер, к тому же, лицо погибшего было искажено гримасой ужаса, но эксперты не нашли в его крови каких либо посторонних веществ.
– А может это был составной яд? – предположил я, – В крови распадается на обычные и вполне безобидные вещества.
– Нет, ничего не было обнаружено. У него кровь чистая как капля воды и никаких следов укола, – сказал Астахов удрученно, кидая тоненькую папку медэкспертизы на стол.
– Как капля Чернобыльской воды? – решил шуткой разрядить обстановку я.
– Если бы, – он слегка улыбнулся, показывая, что шутка хорошая.
– Есть еще какие зацепки?
– Нет, мы перетрясли всех людей, кто знал об этой операции. Но информация все равно продолжает уходить на сторону, – ответил он, с раздражением закидывая в стол папку.
– Есть идея.
– Какая? – заметно оживился Астахов.
Дабы избежать прослушки, взял со стола бумагу, и живо расписал весь план, в ту же минуту пришедший мне на ум. А план был таков: даю голову на отсечение, что к этому причастна "Свобода", они, пожалуй, единственные, кому интересна информация относительно любых действий "Долга". Наемники и монолитовцы отпадают сразу. Наемники просто не смогли бы внедрить своего агента или завербовать кого-нибудь из "долговцев" так скоро (утечка информации началась полторы-две недели назад), ну а монолитовцам просто-напросто плевать на остальные группировки, да и возникают сомнения в адекватном поведении любого члена этой секты. Про бандитов с их примитивностью даже и речи не могло идти. Надо было выслать разведгруппу в определенный квадрат якобы для разведки, желательно подобрать объект так, чтобы к нему вел только один путь. А за день до выхода основной группы должна выйти еще одна со вполне обычной целью, скажем, зачистка какого-нибудь логова, но, разумеется, никакой зачистки не будет – группа отойдет в нужный нам квадрат и заложит взрывчатку в нужном нам месте. Шпион обязательно передаст информацию и в любом случае засветится, а "Свободовцы" вышлют в этот квадрат своих рейдеров, но никого в нем не будет. Поняв, что они промахнулись, начнут отходить, тут-то мы их и "закроем" в банке. "Попадут в колечко, как пирожок в печке". После уничтожения рейдеров противника обе группы отходят разными маршрутами. На роль "банки" идеально подходила местность неподалеку от "Выжигателя мозгов". В этом квадрате не работает никакая электроника, что даже играет нам на руку – глушить связь не придется. Тут же находился заводской комплекс, который идеально соответствовал легенде. Генерал прочел план с видимым удовольствием и быстренько написал свои предложения: "…группа, вышедшая раньше основной, страхует ее. После выполнения задания, основная группа прикрывает отступление своего "прикрытия". Дойдя до определенной точки местности обе группы "растворяются" и уходят на базу разными путями". Прочитав это, я добавил свои заметки: "собрать обе группы следует не раньше завтрашнего дня, рядовых бойцов не оповещать о цели задания до последнего момента. Командиров выбрать из числа самых надежных людей". Астахов прочел мои заметки, согласно кивнув, поджег исписанный листок и бросил его в массивную хрустальную пепельницу. Огонь, играя яркими языками пламени, быстро уничтожил столь важную для "нехороших ушей" информацию.
– Мне бы комбез хороший, да оружие с патронами, – промолвил я "невзначай" перед уходом.
– Хорошо, зайди к Соколову, – задумчиво произнес он, что-то рассматривая на карте, видимо, уже мысленно "проигрывал" операцию в голове.
Сразу же, как только я вышел из кабинета ко мне "подрулил" Михелев, я тут же отказался от сопровождения, но он настойчиво стал объяснять мне какой-то "распорядок передвижения". Пришлось согласиться, и меня, как маленького ребенка, сопроводили в арсенальную комнату. Пока я шел, прогонял в голове, как проведу остаток дня. Кстати, этого сержанта надо взять под особое внимание, что-то в нем не так, странный он…. Слишком странный…. Войдя в оружейку, сразу почувствовал дурманящий запах ружейной смазки, которым тут давно все пропахло. В помещении все так же было много разнообразного оружия, лишь возле стены добавилось несколько ящиков, похоже, со взрывчаткой. Увидев меня, Соколов от неожиданности чуть не уронил какой-то ящик (я был небритый и все в том же балахоне, который мне ссудил Иллюзионист):
