Не играйте с потусторонними силами, не вызывайте духов мертвых, не привлекайте к себе внимание ЗЛА, а то потом вам придется горько об этом пожалеть. Эти нехитрые правила нарушил главный герой, попав в компанию, занимающуюся спиритизмом, и это, казалось бы, невинное развлечение изменило всю его дальнейшую жизнь и саму душу. Слишком поздно он понял, что на свете есть ЗЛО, которое невозможно победить, с которым невозможно договориться — от него следует лишь бежать. А заодно он узнал, что умершие даже давным-давно не всегда исчезают из нашего мира. Они тут, они ждут, караулят нас, подстерегают, когда мы совершим хоть малейший промах, а тогда уж вцепляются в нас мертвой хваткой. И нет от них спасения…
Ожидание затянулось. Стрелки огромных напольных часов, похожих на саркофаг, подбирались к двенадцати. В комнате стояла тишина, прерываемая лишь отрывистым стаккато часов: пинь-пинь… пинь-пинь…
Сергей стоял у окна и, скрестив руки на груди, разглядывал собравшуюся компанию.
Две девицы на диване с выпуклыми кожаными подушками. Любопытные девушки, особенно рядом друг с другом. Одна худая и маленькая. Треугольное личико с широким лбом и узким подбородком чем-то напоминает олененка. Может, огромными темными глазами? Другая — томная, поминутно закатывающая глаза толстушка с тройным, несмотря на невеликие лета, подбородком и пухлыми щеками. Рядом с диваном на стуле парень: белобрысый, светлые локоны аккуратно разложены по плечам. Сидит прямо, не касаясь спинки, чинно сложив руки на коленях. Как школьник в кабинете директора в ожидании головомойки…
Почему все молчат? — в который раз подумал Сергей. Я ладно, новенький, но они-то должны быть давно знакомы друг с другом. То еще сборище…
Обитые черным плюшем стены блестели под люстрой. Яркий свет не разгонял мрачной напряженности. Старинный маленький столик с гнутыми ножками усиливал необычность обстановки. Да еще распятие под самым потолком… Смутно видимое на черном фоне, оно вызывало неприятное ощущение — как мурашки по спине.
Сергей шумно вздохнул и решительно направился к дивану. Парень на стуле вздрогнул и встревоженно глянул на него, но тут же опустил глаза.
— Не помешаю? — громко спросил Сергей.
Девушки, как по команде, подняли головы и уставились на него: худенькая — широко открытыми глазами, толстушка — с хитрым прищуром.
— Извините, нас забыли познакомить, — продолжал Сергей. — Собственно, меня пригласил сюда Виктор. Но он опоздал, а мне не хотелось торчать на улице перед подъездом.
— Что вы, что вы… — почему-то прошептала толстушка трагическим, как у плохой актрисы, голосом. — Все в порядке, но… Все в свое время.
Разыгрывают они меня, что ли? — мельком подумал Сергей. — Меня зовут Сергей, — настойчиво, не снижая тона, продолжал он, но ответа не последовало. Девушки молча глядели на него. — А вас как? — спросил он, понимая, что ведет себя по-хамски, но не в силах удержаться.
— Все в свое время… — еще тише прошептала толстушка.
— Послушайте… — Сергей повернулся к парню, все так же прямо сидевшему на стуле, но продолжить не успел.
— Чай готов, — прервал его голос вошедшей в комнату хозяйки квартиры.
Сергей познакомился с ней, придя по указанному Виктором адресу. Звали ее несколько необычно — Альфия. Если бы дверь открыла не она, Сергей, узнав, что Виктора нет, извинился бы и ушел. Но увидев Альфию, уйти он не мог. Высокая — чуть ниже Сергея, — стройная, и было в ней нечто притягательное, манящее, несмотря на внешнюю недоступность…
— Если через пять минут Виктор не появится, — продолжала Альфия, — придется ограничиться чаепитием.
Сергей проследил ее взгляд, брошенный на часы — без четверти двенадцать. Справа от часов располагались на стене треугольником книжные полки. Даже издали книги показались Сергею какими-то непривычными.
— Извините, Сергей. Провозилась на кухне и не представила вас, — улыбнулась Альфия. От нее исходил тонкий, тревожный аромат. — Это Сергей, новый член нашей компании, приглашенный Виктором. — Сергей усмехнулся и неестественно кивнул. Что-то в словах Альфии встревожило его, но разбираться не было времени. — Жанна, — продолжала представление Альфия.
Худенькая брюнетка чуть привстала с дивана и кивнула, глядя на Сергея серьезными темными глазами. Лучше всего она бы смотрелась в строгом монашеском одеянии с капюшоном…
— Ада…
— Я уверена, вам здесь понравится, — томно растягивая слова, заулыбалась крашеная платиновая толстушка, отчего на ее пухлых щеках образовались ямочки.
— Павел… Парень вздрогнул, вскочил со стула, торопливо семеня, чуть ли не подбежал к Сергею.
— Очень рад с вами познакомиться, — голос у него оказался высоким, каким-то девичьим. — Вы мне понравились с первого взгляда… — Он пожал Сергею руку влажной вялой ладошкой, застенчиво улыбнулся и отошел к стулу.
Все оживились. Перегнувшись через спинку стула, Павел что-то зашептал отвернувшейся от него Жанне. Ада заложила толстую ногу на ногу и, игриво улыбаясь, стрельнула густо накрашенными глазами в Сергея.
Альфия, встав на цыпочки у стены, поправила странное распятие.
Сергей подошел к полкам, пробежал взглядом по толстым томам с полустертым тиснением.
— Давно кабалистикой увлекаетесь? — спросил он Альфию, уловив среди незнакомых имен и названий смутно вспоминаемые Беме и Дэвиса.
— Это квартира моего дяди, — подойдя к Сергею, ответила Альфия. — А вы разбираетесь в кабале?
— Так же, как в спиритизме — на уровне слухов. Черная месса, «Звезда Соломона», магические числа и прочая ерунда.
— Давайте о чем-нибудь другом, — протянула с дивана Жанна. Голос у нее был под стать внешности — капризный голосок избалованной школьницы.
— Жанночка у нас жутики любит, — слащаво отозвалась розовая Ада.
