— Он сейчас вышел из ретроспекции и приближается к «медиум коели» вашего супруга, что также благоприятно… Удачи в делах несомненны. Впрочем, положение Юпитера может означать как успех в делах, так и счастливое отцовство. Не так ли? Как это согласуется с его движением по вашему гороскопу? Ага, ага, вступает в пятый дом! Простите, нескромный вопрос… вы ждете ребенка, сударыня?
Антонина Николаевна вспыхнула:
— Нет, совершенно! То есть я не думала… пока нет!
— Впрочем, это может означать успехи в искусстве, музыке, поэзии… Может быть, также что-то романтическое…
— А-а… Скажите: это не может иметь отношения к кинематографу?
— Кинематограф? — Астролог посмотрел на нее поверх очков. — А, понимаю! Ведь ваш супруг, помнится мне, имеет дело с прокатом картин? Да-да!.. Тригон Юпитера, пребывающего в доме Луны, к радикальному положению Нептуна! Так-так! Сатурн в знаке Рыб. Его положение очень благоприятно и усиливается конъюнкцией с Венерой… Радикальное положение Венеры в Водолее…
— Значит, в июле? Знак Водолея, вы сказали?
Антонина Николаевна мучительно пыталась понять.
Фома Кузьмич устало объяснял:
— Знак Водолея, сударыня, это символ вашей судьбы. В обоих ваших гороскопах в нем сходятся лучи большинства планет. Этот знак мистически связан с планетой Уран, управляющей всем тем, что приходит в мир неожиданно, неся в себе новизну, которую невозможно предвидеть. Он как удар молнии, как вдохновение, как неожиданная блестящая мысль. Он движется медленно, и влияние его начинается задолго до того, как ему надо вступить в точный аспект. Он войдет в свой дом, в знак Водолея, только через пять лет, но влияние его уже заметно проявляется в бурях нашего времени. Он еще в Козероге, но Водолей уже слышит его трубный глас, готовится к встрече своего властелина: смущает умы, производит бунты, смятения, революции, конституции…
— А… Нептун, вы говорите, заведует синема?
— Нептун заведует, — Фома Кузьмич усмехнулся, — всем, что открыто в последнее время: телеграф, телефон, граммофон, электричество и конечно же синема! Он творец всех иллюзий! Проходя по дому Луны, которая сама по себе есть не что иное, как экран, отражающий чужой свет, он породил синема.
— И он нам… благоприятствует?
— Надо полагать, что да, — устало прикрывая глаза, говорил Фома Кузьмич, — принято считать, что звезды сами собой определяют судьбу, но это далеко не так. Наука, которой я имею честь служить, давно уже пришла к выводу, что сочетание планетных влияний формирует в людях желания и стремления, но осуществление их целиком и полностью зависит от свободной воли каждого индивидуума. Звезды предлагают, но не вынуждают. Многие рождаются под сочетанием планет, предвещающим победу, но победителем становится лишь тот, у кого хватит решимости осуществить мечты и стремления, порожденные звездами. Звезды советуют, но осуществляет эти советы — воля! Вы спрашиваете: благоприятствует ли вам сочетание планет и знаков? Я решительно говорю: да! Приведет ли это к успеху? Не знаю. Все зависит от вас. Дерзайте, сударыня, дерзайте!
— Спасибо, вы меня ободрили! Я теперь знаю, что надо делать! — восторженно воскликнула Антонина Николаевна. — Но… это благоприятствование. Оно навсегда? Надолго?
— Ничто не вечно, — возразил Фома Кузьмич. — Движение ведет к переменам. Используя благоприятный момент сегодня, вы смягчите удары враждебных влияний в будущем. Иногда влияние звезд вызывает в душе человека потоки враждебных ему стремлений и желаний. Тогда мы советуем нашему клиенту противостоять им, подавляя желания, идти против себя самого. Но у вас все наоборот…
— А у мужа? Посмотрите, пожалуйста, его гороскоп в этом смысле. Его стремления гармоничны или противоречат?
Зрителей на ипподроме было полно, будто в дни модных скачек. В толпе пестрили цилиндры, дамские шляпки, слышался смех, веселый и громкий говор. Новое для Москвы и России дело у многих вызывало любопытство.
Приглядываясь к съемкам, Александр Алексеевич все сильнее уверялся в том, что Крылов был прав, говоря, что все это пара пустяков. Ничем сложным, многотрудным, требующим хитрого ума, ловкости, знания, тут и не пахло. Главное в съемке заключалось, по-видимому, в ожидании света. Как только солнце выглядывало из-за туч, француз, стоящий на деревянном мостике, торопливо и отчаянно махал желтым платком, другой француз, стоящий позади большого черного ящика, укрепленного на треноге, начинал крутить ручку, казаки тем временем мчались по полю, на скаку вставая на седле, вспрыгивая, едва касаясь земли, и вскакивая снова в седло, делая вид, что подбирают что-то с земли, нагибаясь, переползали под брюхом лошади, словом, показывали ту лихую джигитовку, которая была непременным «гвоздем» всяких больших праздников и которую Благонравов много раз видел на службе. И все!..
