– Видите ли, я иномирец. Знак нашел меня в другом мире и перенес сюда всего лишь две недели. Поэтому представления о ваших обычаях и традициях для меня все еще достаточно туманны.
– Да…, - граф, как маг, прошедший обучение, теоретически знал не один такой пример, но лично столкнулся впервые. – У вас красивый знак.
Мявка вполголоса зарычала, показывая свое недовольство.
– Не называйте ее знаком, – попросил я. – Ей это не нравится. Можно – достопочтенная кошка или просто – Мявка. Да, Мявка?
Я почесал ей за ухом. Мявка растянула морду в улыбке а ля Чеширский кот перед блюдечком со сметаной. Серог потрепал ее по голове.
Граф покашлял в кулак в некотором смущении, но ничего не сказал. Ничего, привыкнет.
– Пожалуй, нам надо с вами прогуляться, – предположил я ближайшее будущее. – Одним.
– Я к вашим услугам, – согласился граф. А куда ему деваться?
– Одним, – напомнил я Серогу, сунувшемуся за нами. Зеленошкурый показал клыки, но остался. Мявку запрет не касался, она пошла с нами, не колеблясь.
Мы остались одни, уйдя за сотню шагов от остальных.
– Граф, – начал я выяснять отношения. – Как я уже сказал вам, я иномирец и поэтому не могу вас понять. Когда ваш отряд приближался к Кларии, мне наговорили всякой гадости, что вы и садист, и убийца, и людей вы убиваете сотнями. А когда стал разговаривать с вами – человек как человек. Я не могу вас понять и поэтому не могу доверять.
Курин де Стоун удивленно посмотрел на меня:
– Действительно иномирец. Я же дал вам магическую клятву.
– Этого мало. Много вы убили разумных существ?
– Двоих на дуэли, одна – магическая, другая – на шпагах. Еще три – четыре мага в сражениях, там трудно считать.
– И все? А простолюдинов.
– Ну этих-то сотни. Грязь есть грязь. На счет садиста вы не правы. Вы думаете, колесовать или распинать легко? Ужасные крики, бьющая во все стороны кровь, а вид, – граф раздраженно отмахнулся. – Только для устрашения. Лучше вешать. Р-раз и готово.
Я сглотнул:
– Вам не стыдно убивать? Простолюдины тоже живые разумные существа!
Де Стоун пристально посмотрел на меня, рассмеялся:
– Я встречался с иномирцами. На то они и иномирцы, что иметь другое мнение о морали. Хорошо, барон, я никогда никого не буду убивать в ваших владениях, если только меня не попытаются убить. Клянусь!
Я облегченно рассмеялся. Кажется, узел начинает распутываться.
– Оставьте свои деньги у себя. Владения ваши тоже остаются вам. Иначе окрестные дворяне решат, что мои поданные нищие.
Предложил, уже касаясь текущего момента:
– Вы можете взять с собой десятка три – к сожалению, большее количество солдат в город не влезет. Остальные могут остановиться в лагере напротив городских ворот – там есть расчищенные площадки под палатки и укрепления, правда, все туда не влезут. Кстати, меня зовут Виктор.
– Курин, – немедленно представился граф. Он принялся раздавать приказания своим командирам, а я не спеша прошелся, рассматривая его воинов. Взрыв чистой энергии погубил немного людей, в основном это были воины, попавшие в эпицентр взрыва. Но из оставшихся остались целыми считаное количество людей. Остальные были обожжены, пострадали от переломов и ранений.
Граф помрачнел. Фактически его отряда уже не существовало. И хотя тяжелораненых оказалось мало, но на несколько дней воины были выведены из строя.
– Скажите, барон, – обратился он ко мне, помявшись, – не могли бы вы помочь, поделиться со мной маной. Я знаю заклятье среднего уровня излечения, но оно требует очень большого расхода энергии. Даже моего запаса маны хватит только для излечения двух-трех солдат за день. Я застряну здесь на год.
Я не возражал. Маны у меня было много. Я проверил ее запасы и убедился, что израсходованная часть уже компенсирована новыми поступлениями. Однако была одна проблема:
– Я не могу передать магию. Не умею.
Граф, напрягшийся при первых словах, облегченно вздохнул и предложил:
– Я научу. Это простенькое магическое действие.
Он попросил посмотреть на него магическим зрением, что на жаргоне магов, по его словам, звучало как: "Включить свет". Тоненькая струйка маны показалась из манохранилища графа и потекла ко мне. Достигнув моего манохранилища, граф уравнял биение наших сердец, после чего мана попала в хранилище. Посчитав урок законченным, граф прекратил откачку. Вовремя. Маны у него оставалось на самом донышке.
Я активировал ману и направил ее к графу. Наши сердца бились в унисон, ничто не мешало мане перекачиваться. Вскоре манохранилище было заполнено. Граф пробормотал, что, в принципе ему бы хватило на первый раз и половины. Он развел руки растягивая как можно шире круг заклятья. Тоненькие золотистые паутинки энергии пронизывали круг и дрожали от напряжения. По моему представлению, заклятие охватит человек десять. Маловато.
Повинуясь приказу активированная мана широким потоком потекла в круг заклятия. Паутинки начали на глазах расти в объеме, достигнув толщины руки. Граф удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Вместо этого он начал расширять круг, охватывая новых раненых. Золотистые канаты, надежно захватывая заклятье, не давая ему распасться.
