В древности холмы и предгорья Ассирии были необычайно богаты дичью. Дикие кабаны, олени и серны водились здесь в изобилии, которого не могли серьезно нарушить даже опустошительные набеги львов — истинных хозяев животного мира этой части Месопотамии. Иногда львы нападали и на домашний скот. Поэтому ассирийский пастух, проводивший большую часть времени вдали от родного крова со стадами овец и коз, должен был быть и хорошим охотником, крепким и закаленным человеком, презирающим опасность. Вступить, защищая свое добро, в смертельную схватку со львом, убить дикого кабана, дикого быка, сбить меткой стрелой зазевавшегося орла, наловить в реке крупной рыбы было привычным, обыденным делом почти для каждого взрослого ассирийца. Не отсюда ли и столь необходимые воину качества, отмечаемые в этом народе, — неприхотливость, умение преодолевать трудности, ловкость, смелость, сила и хорошее владение оружием?
Библейский пророк Исайя нисколько не преувеличивал, когда он с ужасом и одновременно с тайным восхищением глядел на грозные ряды неутомимого ассирийского войска: «Яхве призвал народ с края земли; поспешно и быстро он двигается, нет среди него ни усталых, ни спотыкающихся, никто среди него не спит, не развязывается пояс на бедрах его и не рвется ремень на сандалиях его; стрелы его наточены, и все луки его натянуты, копыта коней его как кремень, колеса колесниц его, как вихрь, рев его, как рев львицы…Как молодые львы, хватают они добычу и уносят, и никто не спасет от них».
Первое возвышение Ассирии произошло в XIV веке до н. э. в годы правления царей Ададнерари I и Тукулти Нинурты. Главным центром и исходным пунктом ассирийской экспансии в это время был город Ашшур, стоявший на правом западном берегу Тигра, неподалеку от северных границ месопотамской равнины.
В ста километрах (ниже по реке) от Мосула лежит на широкой излучине Тигра пустыня Калат-Шеркат. Здесь и находится один из самых заманчивых для исследователя памятников древности — руины Аш-шура, древнейшей столицы Ассирийского государства. Но это место знаменито не только своей важной ролью в истории Двуречья, но и тем, что здесь практически родилась и прошла свои первые университеты современная месопотамская археология. На крутых откосах Тигра одиннадцать лет, с 1903 по 1914 год, звенели лопаты и кирки местных рабочих-арабов, а усеянную щебнем глинистую землю рассекали строгие линии траншей и шурфов.
Немецкий археолог Вальтер Андре учился здесь копать научно. Это был определенно новый этап в развитии науки, сменивший в Месопотамии прежние, по сути своей кладоискательские, раскопки, проводившиеся Боттой, Лэйярдом, Рассамом и Сарзеком в позапрошлом веке. Сам Андре считал, что раскопать среди древних развалин можно больше экспонатов, которыми потом в прохладных залах музеев будут любоваться посетители, — это еще не самое важное. Гораздо важнее пронаблюдать за ходом развития культуры прямо в земле. Он осознавал, что каждое неосторожное движение лопатой может навсегда разрушить что-либо ценное, поэтому раскопки должны производиться с максимальной осторожностью. Андре учился читать следы на земле, которые неспециалист никогда не смог бы заметить. Результаты этого напряженного труда оказались настолько плодотворными, что их воздействие мы ощущаем и сегодня в практике всех археологических экспедиций, работающих на территории Ирака.
Правда, успех пришел не сразу и достался недешево. Прежде всего, ужасающими для европейца были местные природные условия. «Скопища мух днем и комаров ночью, — жаловался Вальтер Андре, — сразу же отравляют жизнь в этом безлесном краю. Кто хочет здесь жить и работать, тот должен запастись терпением и быть всецело увлеченным своей работой». Он писал: «Боли, жажда, потливость, укусы, лихорадка (чаще всего малярия), воспаление глаз — все это приносит с собой пустыня. Археологи не могут сбежать от нее, ибо как раз в пустыне, в мертвом уединении этого лунного края, выполняют они свою основную задачу… Только привыкнув к однообразию пустыни, где нет ни кустика, ни деревца, по-настоящему начинаешь понимать, что такое рай на земле. В пустыне знают цену зелени. И знают, что такое настоящий ветер. В раскаленном мерцающем воздухе по твердой глинистой земле несет он облака пыли из мелкого красного песка пустыни. Этот горячий и сухой ветер, насыщенный пылью, проникает под одежду, в волосы, в глаза, нос и рот. Он приносит с собой не только болезни, но и жажду, вечную жажду».
Но зато извлекаемые каждый день из глубины раскопов находки радовали исследователей. Андре обнаружил стены дворцов, облицованные алебастровыми плитами и окрашенные в пурпурно-красный цвет с чередующимися черно-белыми полосами по углам. На рельефах дворцовых покоев были изображены крылатые существа с орлиными и человеческими головами.
