Большие пушки умолкли, слышалась только частая пальба из мушкетов, перемежаемая вытьем светострелов. Она уже доносилась не только от стен. Войска Давандейн вступили в город и начали прорубаться сквозь улицы. Око Шавады наверняка уже вдосталь напиталось душами и приготовило пятнистому ублюдку желанную победу.
Настроение среди горожан отчетливо изменилось. Они не ожидали настолько быстрого падения ворот и теперь боялись за себя и родных.
– Мой парень-то совсем малолетка, чуть ружье держит, – сокрушалась заботливая мамаша.
– Я был уверен в том, что она появится. Где же она? – пробормотал отец семейства с выводком ребятишек, цеплявшихся за ноги.
– Моей старухе следовало уйти в отставку уже много лет назад, – согласился его сосед.
Они все уже сняли капюшоны. Восторг и благолепие куда-то подевались, туманные обещания Высоких свидетелей стали далеким миражом, а вот предчувствие нехороших людей с острым железом быстро превращалось в предвидение близкого будущего. Многие еще оставались на улицах, но страх быстро сгущался. У западной стены горело – наверное, залетело шальное ядро или взорвался светострел, – но никто не спешил тушить. Пожарные или разбежались, или взяли в руки оружие. Похоже, Давандейн останется править лишь кучей трупов, заваленных пеплом.
Я положил руку Валии на плечо, она помогла мне идти. У меня болело в дюжине мест, ныл ожог на щеке, жутко донимала старая рана в ноге. Кто-то пытался помочь нам, но я отмахнулся. В конце концов мы отыскали лошадей и остаток пути до убежища Малдона проделали верхом.
– Как ты его остановишь? – спросила Валия.
– Еще не знаю. Если ничего другого не сработает, попробую отрубить голову.
– Капитан-сэр, это не очень хороший план, – заметила Амайра.
– Когда мы приедем к дому Глека, останешься там до тех пор, пока все не закончится.
– Раньше я уже пряталась. Это ни помогло никому. Даже мне, – сказала Амайра.
– Надо же, я только вчера думал, что ты выглядишь хуже некуда, – заметил открывший дверь Глек.
– Уж поверь, могло быть и хуже, – сказал я.
– А, так ты их уделал, – заключил он и криво ухмыльнулся Амайре.
Кажется, она ему нравилась.
– Я тебя ненавижу, – буркнула девочка.
Я позволил им вычистить ожог на моем лице дешевым виски. Я не ощущал половины пальцев на правой руке. Ну, я пытался проткнуть ими дыру между мирами. Но они еще сгибались, и это было здорово. Остаток виски я выпил. Руки еще дрожали от Морока, виски расплескивался и тек по подбородку.
– Удивительно, как ты еще держишься на ногах, – заметил штопающий меня Малдон.
– Из твоих уст это особенно лестный комплимент, – сообщил я безглазому уроду со сквозной дырой в черепе.
Захлопало, закаркало, и явился ворон, очевидно, удивленный моим выживанием. И ведь непонятно, почему. Гребаная тварь всегда и везде могла меня отыскать и уж точно сразу узнала бы о моей безвременной кончине.
– Солдаты Давандейн на улицах, и убивают практически всех, кого завидят, – прокаркала фальшивая тварь. – Но они наемники и не торопятся. Грабят всласть. Светлый орден отступил к баррикадам вдоль Тайм-стрит и Второй. Ломать их придется долго, но когда сломают, начнется бойня.
– Похоже, стража Светлого ордена так и не превратилась в настоящих солдат, – сказала Валия, принявшая говорящую птицу как одну из уже привычных странностей этой ночи.
Ну да, в сравнении с явлением Эзабет, говорящий ворон – сущие пустяки.
– Они никчемные, как и их пукалки, – прохрипел ворон. – Те взрываются, перебили массу своего же народу. Кошмар. Лучшие люди генерала Коски медленно отступают к Цитадели, но Свидетель Валенсия собрала на площади у Шпиля несколько тысяч орденских фанатиков и приготовилась героически умирать.
Надо же, взорвались и перебили, и потому кошмар. Эх, мало ты, ворон, повидал.
– Орденские вояки у Шпиля, потому что на Шпиле сейчас Саравор, – указал я. – Ему нужно открыть Око именно там.
– Тогда пойдем туда и убьем его, – заметил Дантри, приковылявший в комнату на костылях.
Он страшно выглядел и смердел гнилью.
– Даже если пробиться через солдат, Саравора не возьмешь просто так.
– Его и не потребуется убивать, – указала Амайра. – Чтобы обезвредить дракона, достаточно подрезать ему крылья.
– Ты это о чем? – осведомился я.
– О «талантах» в Шпиле. О тех, кто там прядет свет. Если они не смогут прясть, Саравор не получит энергии.
Повисло молчание.
– …В смысле, ты предлагаешь убить «талантов»? – осведомился я.
Амайра дерзко уставилась на меня. Ворон радостно прокаркал, что она права. Я посмотрел на Малдона, на Дантри. Дантри обреченно пожал плечами – мол, а что еще? Валия молчала. Она едва держалась на ногах, но по-прежнему тщательно проверяла наш небогатый арсенал: остро ли лезвие, заряжены ли пистолеты. Пусть работы всего на пшик – но ведь ее надо сделать. Ох, Валия…
– Даже если бы у меня было оружие, чтобы туда пробиться…
– У тебя есть оружие, – перебил Глек.
– Даже если так, мы опоздали, – указал я. – Они плетут свет уже многие часы. Запаса хватит. Амайра, нам не стоит опускаться до того, что сделал бы Саравор.
