Лицо братца Хуа было хмурым, но совершенно спокойным. Он достал рацию и голосом робота произнес:
– Братец Цзе!
– Цзе на связи, – ответил главный монитор восемнадцатого этажа.
– Что там у вас наверху?
– Только что вырубили свет.
– Знаю, – оборвал братец Хуа. – Я спрашиваю, заметно ли какое-то движение?
– Да нет…
Центр безопасности дружно выдохнул.
– У вас там есть чем светить? – спросил братец Хуа.
– У двоих аварийные фонари. На данный момент все тихо.
– Хорошо. Что бы ни случилось, самое главное – держать дверь в офис. Внутрь не впускать никого. Ясно?
– Ясно!
– Если что, сразу выходите на меня.
Братец Хуа опустил рацию и посмотрел на двух «костюмов», застывших перед затемненными мониторами.
– Вы знаете, где здесь резервный генератор?
– Знаем! – в один голос гаркнули оба.
– Ну так шевелитесь! – Братец Хуа сердито махнул рукой. – У вас три минуты.
Не говоря ни слова, они очумело понеслись прочь; перестуку их шагов вторило коридорное эхо.
Братец Хуа повернулся к братцу Лун. Тот был старше и выше братца Хуа, но в его властном присутствии чувствовал себя карликом. Собрав себя в кулак, он все-таки сказал:
– Ситуация изменилась. Чего мы здесь ждем? Надо помочь наверху!
– Здание обесточено, – ответил братец Хуа. – Как думаешь, сколько времени у нас уйдет на слепой подъем по лестнице на восемнадцатый этаж?
– Ну… – Братец Лун покраснел, но рискнул предположить: – Наверное, не меньше получаса.
– Полчаса, говоришь? Даже если это удастся, к концу пути мы будем на последнем издыхании. А пробираясь ощупью в темноте, мы все равно что живая мишень. Какой смысл туда лезть? Там, на восемнадцатом, уже стоит на изготовку целый взвод. Железные двери задраены наглухо – может, у тебя есть ключи? Войти туда не сможет никто, так что нечего паниковать. Ты что, не догоняешь, что именно этого и добивается наш недоброжелатель? Если потерять голову, мы можем доставить ему такое удовольствие.
Чувствуя спиной холодную струйку пота, братец Лун обдумывал, как быть дальше. Что, если б он, ринувшись вверх по лестнице, и впрямь наткнулся на убийцу? Стало как-то неуютно.
– Так что делать-то? – спросил он.
– Придерживаться нашего плана, – твердо сказал братец Хуа. – Вот-вот включится резервный генератор. Наша задача – удерживать позиции и следить, чтобы не было внешнего проникновения.
Он вернулся к своему креслу и сел. Не видя иного способа действий, братец Лун последовал его примеру.
Позади молча стояли двое «костюмов». Прошло несколько мучительных минут. Затем с гулким щелчком здание вновь ожило огнями.
Снова ожили мониторы безопасности, только на экранах виднелись лишь размытые серые пятна. Четверо «костюмов» растерянно глазели на дисплеи, пока изображения там не начали приходить в фокус.
Братец Хуа уставился на сдвоенный угловой монитор, вылупив глаза.
– Как это, черт возьми, произошло? – сипло прошептал он.
Картинка на мониторе показывала, что дверь по-прежнему закрыта, а свет включен. Хозяева кроватей все так же крепко спали. Все выглядело без изменений, как и до происшествия, за исключением одной детали. В комнате стоял кто-то третий.
Новоприбывший подошел к кровати у западной стены. В его походке сквозило самодовольство. Правая рука потянулась к свету, и в ней стал виден небольшой тонкий предмет, поблескивающий меж пальцами.
– Что будем делать? – пролепетал братец Лун, вцепившись в подлокотники кресла так, что побелели костяшки.
У братца Хуа ответа не нашлось. В этот момент мониторы померкли снова и бизнес-центр «Лунъюй» второй раз за ночь поглотила темнота.
Хор сирен пронзал ночной воздух истошным воем. Полицейские машины окружали бизнес-центр «Лунъюй», уже оцепленный желтой лентой. Десятки полицейских дежурили по обе стороны, бдительно следя, чтобы публика ее не пересекала. Ло Фэй со своим помощником Инь Цзянем и несколькими лучшими сотрудниками уголовного розыска взбежали на восемнадцатый этаж.
В холле теснилась группа мужчин в черных костюмах. При виде полицейских от нее отделились двое и не торопясь направились навстречу офицерам.
– Офицер Ло, еще раз здравствуйте, – тихо произнес братец Хуа.
– Это вы вызвали полицию? – спросил Ло Фэй.
– Да, я, – братец Хуа кивнул. – Из них никто не дышал. И я вместо вызова «Скорой» решил: лучше позвоню напрямую в полицию.
Его лицо казалось странно вытянутым, как будто внутренне он все еще осмысливал смерть двух этих людей. Речь его, впрочем, была размеренной и четкой.
– С чего вы решили, что это дело рук Эвменид?
Не говоря ни слова, братец Хуа протянул Ло Фэю лист рисовой бумаги. Инь Цзянь шагнул вперед и посветил фонариком на каллиграфический текст:
Сжав губы в ниточку, Ло Фэй уставился на полоску бумаги. После чего смерил братца Хуа пристальным взглядом.
