– Вы правы, – усмехнулся Арси. – Я знаю, кто и как обучил Эратоса катасту.
– Но нам ты, конечно же, не скажешь, – понимающе кивнул сэнсэй.
– Я готов выдать вам все секреты Эратоса, если вы согласитесь обучать меня, – пообещал Арси.
– Стилю катасту невозможно обучиться за несколько дней или даже недель, – произнес учитель, вновь уткнувшись в карты. – Понадобятся месяцы, может, даже годы. За месяц ты только поздороваться научишься!
– Я готов заниматься столько, сколько потребуется, – Арси был полон решимости.
– По-твоему, Эратос будет сидеть и ждать, пока ты научишься? – усмехнулся сэнсэй.
– Я понимаю, вы не хотите тратить на меня время, но у меня нет другого выхода, – Арси распалялся все больше. – Катасту – мое единственное спасение! Иначе меня ожидает участь вашего воспитанника.
Сэнсэй Фарин снова посмотрел на собеседника. Долгое время он молчал, изучая Арси, и никто не осмеливался прервать эту тишину. Наконец он кивнул:
– Хорошо.
Это единственное слово вызвало бурную реакцию у всех присутствующих: лорд Месдрин открыл рот от изумления, Ниена и Зенс округлили глаза, не веря своим ушам, а Арси радостно выдохнул и расплылся в широченной улыбке, едва сдерживаясь, чтобы не подпрыгнуть на месте, словно ребенок.
– Но ты должен доказать, что достоин быть моим учеником, – добавил сэнсэй Фарин.
– Все что угодно! – выпалил Арси, все еще не веря своему счастью.
– Рано ты радуешься, – ответил сэнсэй Фарин вдумчиво. – Тебя ждут нелегкие испытания. Обсудим это позже, а пока вы можете отдохнуть с дороги, – и сэнсэй многозначительно махнул в сторону двери, намекая, чтобы гости покинули помещение.
Лорд Месдрин велел дочери проводить Арси и Зенса в комнату для гостей и распорядиться насчет ужина, а сам остался с учителем.
– Сэнсэй Фарин, разумно ли это? – спросил он с сомнением, как только дверь за гостями закрылась.
– Интересный молодой человек, – ответил тот и, оторвав взгляд от карт, посмотрел на лорда и добавил с хитроватой улыбкой: – Не волнуйся, он не пройдет эти испытания.
Гости последовали за Ниеной на третий этаж по узкой спиральной лестнице с коваными перилами.
– Ведите себя сдержанно, – повелительным тоном сказала Ниена, – Не забывайте, что вы здесь незваные гости.
– Почему ты так враждебно настроена против меня? – удивился Арси.
– Потому что ты был его другом, дышал с ним тем же воздухом, пил ту же воду, хлеб делил, – гневно произнесла она.
– Тогда иди и убей себя, – ухмыльнулся Арси.
– Почему?
– Потому что в детстве ты играла с Эратосом.
– Ты врешь! – воскликнула Ниена.
Она резко развернулась к нему. Во взгляде ее голубых глаз вспыхнул почти звериный огонек, а вся ее поза говорила о том, что она может в любую минуту снова наброситься на него. Арси инстинктивно сделал шаг назад.
– Нет, не вру, – заверил он. – Это было, когда он приходил сюда заниматься.
– Ничего подобного не помню! – надменно фыркнула она, возобновляя путь. – К тому же сэнсэй Фарин сказал, что не обучал Эратоса.
– Кто же тогда научил его драться? – язвительно спросил Арси.
– Не знаю, – неохотно призналась Ниена.
– Видишь! – В детстве я сам провожал его сюда несколько раз.
Лестница заканчивалась узким дверным проемом, выходившим в коридор, но до него было еще немало ступеней. Зенс и Арси едва поспевали за резвой Ниеной, у которой длинные ленточки в волосах при движении раскачивались в разные стороны, словно маятники.
– Арси, зря ты сказал, что она в детстве играла с ним. Боюсь, что пальцы себе отрежет, – сострил Зенс и тут же ощутил на себе косой взгляд Арси, сказавший ему, чтобы больше так не шутил.
– Твоему другу повезло, что он не испытал на себе силу моих кулаков. Смотрю, у него от облегчения даже дар остроумия прорезался, – Ниена злобно посмотрела на Зенса.
– Не знаю, как насчет кулаков, но ноги у тебя действительно сильные. Это я успел понять! – смеясь, бросил ей Зенс.
– Нет, тебе точно стоит изведать силу моих кулаков, тогда ты не захочешь остроумничать, – девушка не переставала злобно смотреть на Зенса. Но, в отличие от Арси, он ничуть не испугался ее угрожающего взгляда.
– Слушай, мы проголодались, – с улыбкой ответил он на это. – Может, сначала заглянем на кухню? Гостиная никуда не денется.
Взгляд Ниены приобрел ехидный блеск, а в голосе появились язвительные нотки:
– Нет уж, на кухне много всего вкусного. Я отправлю вам что-нибудь невкусное. Папа велел распорядиться насчет еды, но не сказал, какой именно! Так что о роскошном приеме забудьте – вас ждут самые невкусные блюда!
– А можно вопрос? – сказал на это Зенс и, не дожидаясь ее реакции, продолжил: – Это, конечно, не мое дело, но меня буквально раздирает любопытство, – Зенс словно специально выдержал театральную паузу и наконец спросил: – У тебя есть друг? И был ли когда-нибудь вообще?
– Ты совершенно прав – это не твое дело, – надменно бросила ему Ниена, но затем все же пояснила: – Сейчас все мои мысли занимает только месть. Пока убийца моего брата жив, я не могу думать о личном счастье.
Зенс ничего на это не ответил, и некоторое время они шли молча.
