Гермиона задумалась. Провести целый день со Снейпом, ожидая, когда он снова начнет язвить и показывать свой характер? Или уйти домой и там… там думать о Снейпе. Можно было бы выбраться к родителям, погулять по Лондону, купить ненужную тряпочку, в конце концов, отпуск у нее случался нечасто. И нужно было бы встретиться с Гарри, попытаться что-то объяснить Джинни и…
— Пока что мне некуда спешить, — Гермиона потянулась, — но что мы будем делать?
— Конечно же варить зелья, — ответил он совершенно серьезно.
Варить зелья они не стали. Вместо этого занялись завтраком, как будто это было обычным делом. Гермиона рассказывала про Алису, про Локхарта и про свои отчаянные попытки помочь им. Северус задавал толковые вопросы и слушал ответы с явным интересом. Ментальные практики, как выяснилось, всегда привлекали его больше, чем зельеварение.
Если бы еще можно было сделать вид, что ее совсем не тревожит расставание с Роном. И не то, чтобы она думала об этом постоянно, но какие-то мелочи, слова, поворот в разговоре невольно вызвали воспоминания, и сердце болезненно сжималось. Разве забудешь его лицо — осунувшееся и вмиг постаревшее, словно все яркие веснушки сошли махом. «Я не понимаю — за что? Почему ты меня разлюбила?», будто это был ее выбор, или, словно она его наказывала. Но разве она могла ему соврать? Она попыталась объяснить, но для этого требовалось время, его готовность слушать и ее желание объяснить. Она хотела сказать, что она любит его, просто уже иначе, что он навсегда-навсегда останется близким и любимым, но только, — она и сама не знала об этом раньше, — этого может быть мало. Иногда с человеком может ничего не связывать, а ты без него уже не можешь, словно привязан невидимой бечевой…
Когда завтрак был съеден, а чай выпит, Гермиона решилась.
— Я хотела тебя спросить… Ты вправе не отвечать, но…
— Я проспорил сам себя три сикля, — Северус полулежал в кресле, прикрыв глаза, — ты хотела узнать, как я выжил и почему оказался в магловской больнице?
— Да. Это настолько очевидно?
Он кивнул.
— Ты расскажешь?
— Это еще одна иллюстрация моей невероятной удачливости, — сказал он с сарказмом. — Меньше всего я хотел выжить. Я уже давно себя похоронил, единственное что меня удерживало — необходимость защищать Поттера. И Альбус задал отличную задачу напоследок, не находишь? Сперва сделать мальчишку свидетелем того, как я убиваю обожаемого всеми директора, а потом с портрета смотреть, как я буду выкручиваться, придумывать — как же заставить Поттера поверить мне!
Он не открывал глаз и говорил спокойно, но Гермиона не верила в его деланное равнодушие.
— Я обязан был протянуть до эпохального разговора, понятия не имея, как осуществить то, что мне поручено. Я не боялся, что меня убьют, тем более — Лорд, мне казалось, что мое положение вполне устойчиво, но война — есть война. С большинством проблем я мог справиться сам. Но мне нужен был план на экстренный случай. Я — полукровка, и я имел дело с магловской медициной. Они могут откачать практически в самых безнадежных случаях. Авада, впрочем, не считается. Я на всякий случай зачаровал запонки, если пульс становился критически низким, они превращались в порт-ключ. Я был уверен, что сниму это украшение после разговора с Поттером, но… ты в курсе, после мне было как-то не до того.
— А змея? — тихо спросила Гермиона.
— Весь ближний круг пил антидот последний год. Лорд вел себя как помешенный, а Нагайна был слишком сильно связана с ним. Она могла просто цапнуть кого-нибудь, так, между делом. Ее яд не то чтобы убивает сразу, но все время был нужен антидот, раны гноились, — Северус поморщился. — Неважно и неинтересно. Коротко — мы все пили лично мной сваренное зелье, на всякий случай. Ну, я и помыслить не мог, что Лорд натравит эту гадину на меня.
Он замолчал, Гермиона не знала, что сказать.
— Что-нибудь еще? Вопросы про мою личную жизнь и воспоминания? — спросил он холодно.
— Меня это не касается, — ответила она твердо, — хотя и интересно ужасно, — добавила она. — И все-таки, почему магловская больница?
— И в Мунго, и в больничном крыле Хогвартса шансы на то, что меня просто-напросто добьют, повышались многократно, а друзей с домовыми эльфами, которые бы выхаживали меня как-то вокруг не наблюдалось.
— А как же… Малфои?
— С чего ты взяла, что мы были друзьями?
— Но твое отношение к Драко.
— Драко... Малфои оказывали мне покровительство. Но к дружбе это не имело никакого отношения. Я им не ровня.
Он резко встал:
— Пора размяться, что-то воспоминания настраивают на воинственный лад. Как ты?
Гермиона прислушалась к себе, история с Визенгамотом здорово действовала на нервы, и, пожалуй, спустить пар в поединке было хорошей идеей.
====== Глава 6. Тупик ======
Сова от Гарри прилетела как раз в тот момент, когда Северус ушел в дом, предварительно искромсав Сектумсепрой куст можжевельника.
— Никуда не годится! — прошипел он.
