-Нет, нет, нет! - я тянул в пустоту руки, натыкаясь на клубы тумана, я никого не видел, но все еще надеялся на какое-то чудо... туман сгущался, и я тонул с головой в отчаянье, опять кричал, надеясь выпутаться из липких оков кошмара, но помощи не было, страшная пустота вокруг окружала меня, лишая надежды, и я уже ничего не хотел, только избавиться от мучительной боли и получить забвение...
***
Сигнал будильника на сотовом выдрал меня из сна в реальность, как делал это каждое утро, но кошмар, испытанный во сне, продолжался и наяву. Он никуда не уходил из сознания, владея им целиком вот уже восемь дней, и боль была жива, она становилась по утрам только сильнее, когда я осознавал, что все это правда, суровая реальность, и мне надо смириться с этим, более того, что я обязан вести себя мило и спокойно, как ни в чем не бывало, жизнерадостно улыбаться, читать лекции и вести семинары, а боль сердечную засунуть куда подальше, потому что показать ее, поделиться с кем-то в надежде убавить, переложив хоть частичку своих страданий на чужие плечи и получить спасительное сочувствие - было для меня запредельной роскошью...
Мой мир потух, сразу и внезапно, словно лампочку выключили... Мою любимую волшебную лампочку с именем Тамура Риота...
Нет, я не ждал от жизни чудес. Я не Золушка, а он не сказочный принц, призванный осчастливить безродного омегу. У нас не было будущего, и мы ничего не могли с этим поделать. Но реальность обрушилась на меня слишком внезапно, и я не успел подготовиться к ней. Одно дело знать, что когда-нибудь, в обозримом будущем, мой любимый поведет под венец этого хлипкого сынка министра, и совсем другое - когда это событие вдруг приблизилось вплотную, на ближайшие дни... что именно сегодня, сейчас, они где-то там в Большом Токио ходят вдвоем по модным бутиками и дорогим салонам для новобрачных, выбирают кольца и костюмы, обедают семьей в ресторане, планируют маршрут свадебного путешествия...
Это оказалось так больно, что я боялся не вынести этих страданий и задохнуться. Только сейчас я осознал и прочувствовал, как был бесконечно счастлив все эти четыре месяца, когда мог видеть Риоту среди студентов, когда стоило лишь бросить вскользь незаметный боковой взгляд - и его красивое лицо оказывалось в поле зрения, когда я мог чувствовать его присутствие, просто ощущать рядом. Меня грела его улыбка, даже на расстоянии и не мне предназначенная, я купался в его теплом мягком запахе, слышал волнующий любимый голос... Я просыпался утром с радостным настроением, чувствуя себя живым и нужным. Теперь колледж опустел, и заполнить эту щемящую отчаянную пустоту было нечем...
В тот самый первый черный день, во вторник, Огава Макото выходил из аудитории самым последним.
-Тамура-сан взял две недели отпуска от занятий, - проходя мимо кафедры, как бы вскользь бросил он. Он сам сказал, я ничего не спрашивал. Наверно, я все-таки выдал себя и свои чувства, чуть не свалившись в обморок на глазах всего курса, а может быть Макото-сан сам что-то знал от Риоты, или догадывался о наших нестандартных отношениях? - Так что не удивляйтесь его отсутствию на лекциях, сенсей... У него сейчас сложный период в жизни...
Я сдержанно кивнул, возвращая Огаве газету, но он не взял, а только вздохнул, оставив меня наедине с шокирующими откровениями Такаги Хидео. Я не знаток подковерных игр сильных мира сего, но все-таки кожей чувствовал во всем этом какой-то каверзный подвох. Обычно влиятельные люди не выставляют напоказ свои личные отношения, это знал даже я, обычный представитель среднего класса, и тот факт, что этот парень так откровенно поведал миру о своей беременности от неофициального пока что жениха, вызывало довольно серьезные сомнения. Что-то случилось в благополучном мирке лучших семей Японии, иначе такой скандальной новости политики и бизнесмены просто не допустили на страницы прессы.
Я поймал себя на странной мысли, что даже не ревную Риоту к этому мальчику, на расстоянии чувствуя, как моему альфе сейчас плохо. Он несвободен, будучи наследником одной из трех крупнейших корпораций страны, и должен подчиняться неписанным законам своего общества. Все эти правильные мысли должны были утешить меня, но мне стало от них еще хуже. Жестокая реальность сжала в тиски сердце, не давая дышать и думать здраво, выдавливая на глаза жгучие слезы, с которыми я боролся всеми силами, стараясь обуздать рвущийся наружу фонтан боли.
Две недели... Огава Макото сказал, что Риоты не будет здесь две недели. Это и мне отпущенное время, которым я должен воспользоваться, как последним подарком скудной на щедрость судьбы. Мы больше не должны с ним видеться, эта встреча будет невыносима обоим, а поэтому к моменту его возвращения в "Арай" я должен исчезнуть.
Твердой рукой я написал заявление об увольнении и пошел в кабинет зама по кадрам.
-Акира, все в порядке? Я звонил... тебе... - бросившийся ко мне Юки застыл в движении и приглушил голос. - Что-то случилось, Аки, ты бледный, как призрак...
