Знамена из Пепла (СИ) полностью

На террасе над входом возникло несколько юных бединок, в национальных нарядах (то есть с абсолютно голой грудью) немедленно устроивших настоящий дождь из ярких лепестков. Ветер подхватил их, понёс, бросая эльдарам в лица.

[1] «Помощник вождя». Второе звание дано в буквальном переводе.

[2] «Первое совершеннолетие». Для эльдар оно наступает в шестьдесят лет.

[3] «Второе совершеннолетие». Начинается после ста.

[4] эльдарское ругательство. Не переводимая игра сочетаний частей слов.

Орки не являются разумными существами. Они умеют ходить на двух ногах, пользоваться оружием и инструментами, изображать речь, но в действительности являются животными, движимыми единственным инстинктом — убивать. Бороться с этим инстинктом они не могут и не хотят. Их нельзя приручить или перевоспитать. Они не способны раскаяться. Единственное, что можно сделать для орка — убить его. И в этом нет зла и жестокости, как нет их в убийстве бешенной собаки. Это — акт Милосердия!

Царь Рэндэриман — повелитель эльдар

Орки — многочисленное племя, населяющее восточные пределы Монистерна. Имеют собственное государство, которое называют Орокрайн. «Орок» — сильный, «Крайн» — земля. Себя они называют «сильные», так как силу любят и уважают. Любят воевать. С большим удовольствием воевали друг с другом пока царь Даргот не объединил их в одно государство. Теперь они занимаются тем, что наёмничают по всему Амалирру. Особенно много их в Атраване, где всегда ценились отважные воины. Им щедро платят, а если те принимают веру в 12 Пророков, то даже даруют землю.

Амальрик «Записки путешественника»

Тонкий солнечный луч настойчиво пробивался сквозь сомкнутые веки. Дико хотелось спать, ведь уснул он поздно, а часть ночи провёл на ногах, лично проверяя посты. Приказ выставить стражей был встречен подчинёнными без должного понимания, если вообще не враждебно. Им было непонятно, зачем лишать себя спокойного сна и отдыха, когда есть волшебница и можно положиться на мощь чар.

Возможно, это какая-то национальная болезнь. Эльдары слишком полагаются на колдовство, забывая, что оно отказывает в самый неподходящий момент. Может, всё потому, что разубедившиеся просто не успевают поведать об ошибке остальным?

Феранор думал об этом, одеваясь и натягивая сапоги. Доспехи — нагрудник, кольчуга, поножи и наручи с наплечниками грудой лежали на крышке вещевого сундука. Сверху груду венчал круглый шлем с забралом в виде совиной морды. В плюмаже из конского волоса застряло несколько розовых лепестков — память о шахском приёме. Собственно ничем особым он и не запомнился. Самих переговоров не слышал, шаха вблизи видел лишь раз, когда вручали дары. Саффир-Шах оказался совсем не таким как Феранор его представлял: низкий, тучный, с острой короткой бородкой и живыми глазами вечно находящимися на выкате.

«Должно быть, — подумалось Феранору. — Таким правителем легко манипулировать».

Подцепив лепестки двумя пальцами, он сдул их в окно будто букашек. Некоторое время стоял и смотрел, как те крутятся на ветру. Из окна тянуло прохладой ещё не нагретого города.

***

До обеда Феранор решал вопросы по закупке провианта для лошадей. Потом писал отчёты в казначейство. Обширные столбики цифр нагоняли сон. Не было ни малейшего шанса сбежать от рутины в патруль или переложить на писарей. К концу дня капитан всерьёз начинал думать, что морская качка была не самым худшим из выпавших ему испытаний. Обычная проверка караульных едва не вылилась в междоусобицу командиров. Феранор ругался и сгоряча грозился зарубить собственного знаменосца, обнаружив, что уланы из его Дома несут стражу в обычной одежде, а не в доспехах. Жарко им видите ли…

Погрязнув в делах, к ужину он не спустился.