Вооружённые копьями люди сдвинули круглые щиты и двинулись в нашу сторону. Но не их я опасался. К тому же у нас было кому заняться неодарёнными воинами Идриса. Зайцы, спешившись и сбросив плащи, уверенно сформировали строй рядом со мной. А следом с шумом и кряхтением откинулся полог повозки Геньёма, и на землю один за другим начали спрыгивать рыжие и бородатые воины. Шестым и последним оказался старший стражник Хоуг, которого ещё пару секунд назад глава Колодца назвал идиотом.
— То, что ты провонял имперским дерьмом, Идрис, я знал давно. Но что протух настолько, что готов своей гнилью отравить весь север, узнал только сейчас.
— Ха, и ты здесь? Признаюсь, удивили. Но кто же привёл тебя сюда, Хоуг? Человек наместника! Так и кто в итоге пляшет под его дудку? Ты всегда был глупцом, хоть и думал, что плетёшь интриги за моей спиной. А твои Сыны Фельса всегда делали ровно то, что нужно было мне. И они послужат на благо нашего народа в последний раз. Принесут себя в жертву, освободив север от оков замшелых предрассудков.
— Это наша память о предках! То, что делает нас единым народом!
— У которого даже нет имени! — заорал Идрис. — Ведь нам стыдно называть себя фельцами, когда в самом Фельсе живут подданые Императора и восседает его наместник. Пора уже смириться и жить новой жизнью. Не голодать в память о предках, а двигаться дальше. И пока такие как ты не сложите головы, ни о каком счастливом будущем для нашего народа не может быть и речи. Так что сделай последнее одолжение, просто сдохни!
— Уж лучше я выпущу твои вонючие кишки наружу.
Возможно, перепалка этих двух знакомых продолжилась бы и дальше, но приспешник ковена решил не откладывать задуманное в долгий ящик. Жертвой его первого заклинания стали Колтун и Горунар, и такой выбор был вполне объясним. Самые рослые и тяжеловооружённые воины, способные даже вдвоём поломать весь строй стражников Идриса. Но и мы были готовы к такому сценарию. Стоящий за их спинами Зеф влил столько силы, сколько мог. И пусть его ступень была много ниже, и всё что он мог, это вкупе с артефактами отсрочить неизбежное, но и этого времени нам хватило. Ведь я сам уже был в паре метров от пожаловавшей к нам троицы и без лишних предисловий полосовал их «плетью» и забрасывал «серпами», стягивая их внимание к себе.
Сзади закипел бой, уже без слов и угроз, но со стонами и криками боли. Я уже давно привык доверять эту часть работы Зайцам, поэтому сосредоточился на главной для нас угрозе в лице мага ковена и делал сейчас всё, чтобы и он тоже не мог думать ни о чём другом, кроме как о защите от моих атак. Обоих его соратников, мимоходом уже получивших свою долю моей заботы, на себя взял Дунвест. От него в роли свободного художника было куда больше пользы, чем если ставить его в строй. И он хорошо знал возложенную на него задачу, подчищая за мной и прикрывая спину от разного рода неожиданностей.
Сколько может впитать в себя щит мага 4-й (или, не дай боги, 5-й ступени), мне было совершенно неизвестно. И сейчас я был в процессе выяснения этого самым что ни на есть опытным путём. «Град», «серп», «плеть»… Под действием «прилива» я жалил его со всех сторон, сам стараясь избегать его атак. Но всё это не заставило его даже поморщиться, зато планомерно подъедало мой запас. Он, оставаясь недвижимым, тоже пару раз попытался подчинить меня своей воле, а может, накинуть ещё какую-то дрянь из аспекта контроля, но быстро понял, что это бесполезно. Тогда он вновь попытался переключиться на бой простых воинов, игнорируя мои потуги. И лишь когда я бросился прямиком на него, он позволил себе отмахнуться от меня как от назойливой мухи. Волна силы веером ударила аккурат туда, где я был секундой ранее. Ведь я уже, нащупав в воздухе первую «ступень», прыгал ещё выше на следующую. Миг, и я над его головой словно в замедленной съёмке вижу, как он удивлённо задирает лицо вверх, откуда на него сначала обрушивается мой «град», а затем и я сам. «Раскол» проносится через лезвие меча и хищно впивается полупрозрачную дымку защищающего его купола. Два заклинания, угодившие подряд в одну точку принесли результат. Мелкие трещинки, побежавшие по этой незримой для других поверхности, стали для меня наградой, а ещё надеждой на хороший исход боя. Сам же я, снова приземлившись на ноги, тут же дёрнулся в сторону и не зря. Ведь после этого колдун взялся за меня всерьёз.
Он больше не экономил резерв и, чередуя меж собой вполне привычные боевые заклинаний, пытался размазать меня по земле или развалить на части за счёт огромного объёма вливаемой в эти техники силы. Но было видно, что этот аспект для него не так привычен, и всё что мне требовалось — не подставиться под прямой удар. Зато я понял, что щит его всё же уязвим, и нужно лишь подгадать правильное время.
