Белка ожидала яростных воплей со всех сторон, злобного потрясания кулаками, ворчания, бурчания и откровенно злых взглядов. Всего, чего угодно, вплоть до единодушного желания сварливых торговцев набить наглецам смазливые морды, но… под неподвижным взором Младшего Хранителя Знаний разгоряченный народ расступался сам собой. Да еще с такой скоростью, что перед отрядом Перворожденных мигом образовалась широкая просека, по которой они неторопливо добрались до самых ворот.
Появление эльфов ознаменовалось зловещим молчанием и излишне торопливыми поклонами.
— Обалдеть, — неслышно пробормотала Гончая, встречая во всех без исключения глазах тщательно укрываемый страх, пополам с искренней неприязнью. — Хоть и не любят они ушастых, готовы на куски порвать, а на рожон не лезут. Боятся, злятся про себя, что мы без очереди прем, но связываться не рискнут. Вот что значит — репутация. Учись, мой зубастый друг, пока есть такая возможность.
Карраш недовольно скосил желтый глаз на поспешно опускающих головы людей, но те и не думали протестовать: нрав остроухих был хорошо известен, и никто не горел желанием проверять его на себе. Тем более, когда эльф не один, а целых восемь штук, и все хорошо вооружены. К тому же, воинами остроухие всегда слыли отменными, так что ну их, гадов остроухих. Пусть себе едут. Быстрее пройдут, и остальным станет спокойнее.
Молодой Хранитель остановился возле низенького пузатого гнома с длинной черной бородой, лихо заправленной за пояс, и неторопливо спешился.
— Почему без очереди? — сверкнул глазами гном, неприязненно глядя на гостей снизу вверх. Тушеваться он не думал — много чести ушастым, перетопчутся. А порядок — он на то и есть порядок, что всегда один для всех.
Линнувиэль молча протянул запечатанную грамоту и постарался передать ее так, чтобы ненароком не коснуться толстых пальцев коротышки. Белка тут же подметила и незаметно скривилась: вот так всегда. Вроде и бессмертные расы, испокон веков рядом живут, вроде мудрые и должны уметь себя вести в приличном обществе, а поди же ты: за столько тысячелетий терпеть друг друга все равно не научились. Вернее, не хотят учиться. Одни носы воротят, брезгуя даже руку подать, а другие пренебрежительно фыркают и всячески выказывают собственное превосходство. Зря Линнувиэль так себя повел: гномы здесь — как дома, чувствуют себя хозяевами, а потому и церемониться не станут. Непременно нарвутся на конфликт.
— И что это? — брезгливо осведомился гном, подчеркнуто держа бумагу двумя пальцами, будто ему не дорожную грамоту предъявили, а дохлую кошку на ниточке.
Белка тихонько вздохнула: ну вот, я так и знала. А гном тем временем демонстративно понюхал подорожную и, все еще издеваясь, нарочито медленно развернул.
— Та-а-к… что у нас тут… эльфы? Темные, говоришь? — он с преувеличенным вниманием оглядел пышные черные гривы Перворожденных, просто не дающие ошибиться в происхождении, и выразительно наморщил нос. — Ну, не знаю, не знаю… ладно, будем считать, что похожи… ага, должно быть целых семеро… да еще без задержек, в обход остальных… гм, оплачено даже… тоже — за семерых… за эльфов, в смысле… эй, а чего это вас восемь?! И еще двое смертных!! Не по правилам!
Коротышка, пересчитав путников, почти радостно осклабился, и Таррэн быстро понял, что за этим последует.
— Не совпадает! — торжествующе подтвердил его предположения гном и быстренько свернул грамотку. — Здесь указаны семеро, а вас гораздо больше. Значит, кто-то ошибся. Значит, я не могу вас пропустить. Значит, стойте в общей очереди и ждите, пока с вами разберутся. Или пусть едут семеро, а остальные топчутся до вечера. К тому же, люди тут вообще не указаны. Так что, разделитесь? Нет? Ну, и прекрасно! Все, следующий!
Бородач с чувством исполненного долга отряхнул широченные ладони и с преувеличенным интересом уставился куда-то вдаль, будто поджидая смертников, рискнувших бы лезть поперек медленно закипающих эльфов. Свирепеющих еще и оттого, что всю эту браваду отлично слышали стоящие неподалеку люди, теперь наверняка тихонько посмеивающиеся про себя и с нескрываемым злорадством ждущие продолжения ссоры.
То, что ссора затеяна с умыслом, видно даже младенцу, но формально гном прав — несоответствие в подорожной, требующей высочайшим повелением Темного Владыки (с одобрения Подгорного трона) пропустить неких особ с важной миссией (количество указано в штуках), налицо. А значит, он вполне мог задержать чужаков до выяснения обстоятельств на неопределенно долгое время. Потом, конечно, придется извиниться и расшаркаться, издевательски хмыкая в усы и бороду. Мол, простите-извините, такие высокие чины и все прочее. Ах, что вы, что вы… в мыслях не имели создавать препятствия… это чистая случайность, крохотная оплошность клерков, досадное недоразумение… Но торопятся-то они сейчас! А что касается небольшой неточности в формулировке, так о ней просто не подумали, потому что даже не догадывались, что лорд Торриэль вдруг соизволит захватить попутчиков.
И не заметить это «вопиющее нарушение правил» гном просто не мог.
