Воины герцога мнутся около входа. Я насчитал около трёх десятков. Слишком много для одного… Будь они похрабрее (или поглупее), то навалились бы все разом и задавили меня численностью, но для идущих первыми это верная смерть.
— Брось оружие и будешь жить, — предложил Гхан.
Ага, так я и поверил!
— Я буду убивать тебя очень медленно, — пообещал я. — Ты, тварь, будешь молить меня о смерти.
Герцог отшатнулся и заметно побледнел. После чего торопливо скрылся за рядами своих воинов. Плохо иметь умных врагов.
Вперёд вышла тройка воинов и медленно взяла меня в полукольцо. Нападать большему количеству было просто бессмысленно. В заваленной обгоревшими обломками спальне они бы просто мешали друг другу. Опытные воины решили измотать меня чередой схваток, а потом добить.
Пространства для манёвра не было. Слишком увлёкшись своей первой атакой и погоней за магами, я позволил отрезать себя от последнего пути отступления — дверей в смежную комнату. Минут пять я с яростью обречённого отражал их атаки, но три меча холодно и расчётливо теснили меня в угол. Шаг назад, и ещё один шаг, и ещё. Больше отступать было некуда, меня прижали к стене. Я покрепче перехватил Химеру и приготовился умереть.
Появление новых участников разыгрывающейся драмы осталось мною не замеченным. Впрочем, не только мной. Столпившиеся у дверей заговорщики, увлёчённо наблюдавшие за ходом убийства (назвать происходящие поединком не решился бы ни один), были весьма удивлены десятку возникших за их спинами орков. Весь задний рад был вырублен в считанные секунды, стены зала вздрогнули от дикого воинственного крика:
— У-Р-Р-Р!
Один из теснящих меня воинов удивлённо обернулся. Да благословит Творец глупцов! Химера полоснула его по спине, и он упал. Через открывшуюся брешь я вырвался из ловушки.
У дверей уже шла кровавая потеха. Заговорщиков было больше, но напор орков им было не остановить. Ха! Легче остановить горную реку, чем атакующих орков. Всё было кончено в несколько мгновений. Последними погибли два воина, нападавшие на меня. Когда их зажали в тот злополучный угол, они бросили мечи, надеясь спасти жизнь. Орки не стали упускать такой щедрый подарок и тут же их добили. Не успел последний из заговорщиков упасть на пол, а я уже оказался в окружении лучших воинов этого трижды проклятого мира.
— Вы вовремя подоспели, — устало проговорил я, оглядывая их. — Где граф Сердрик?
Орки смущённо замялись, я увидел, что в дверях под охраной двух рослых воинов стоит мальчишка-полукровка, качающий на руках младенца.
— Как? — хрипло спросил я.
Творец, когда же закончится это кровавое безумство?
Рядом со мной замер старый орк, его некогда чёрные волосы были белыми, словно лежащий на вершинах гор снег. Он слегка прихрамывал, но не похоже, чтобы это была свежая рана.
— Моя десятка несла стражу в западном крыле, когда они напали на дворец, — глухо начал он. — Мы стали пробиваться к покоям нашего господина, но не успели — всё уже было кончено. В живых остались только оруженосец графа и его сын.
Я крепко сжал зубы и закрыл глаза. Вспомнился приезд Сердрика и Ларгориты в столицу, их счастливые, улыбающиеся лица… Моя вина! Не упредил, не уберёг…
Я отомщу…
— Что будем делать, мой принц?
— В пригороде стоянка королевской армии. Мы должны вырваться из города! — я зло усмехнулся. Теперь у меня появилась цель.
— Через ворота не пробиться, — покачал головой орк. — Во внешнем дворе сейчас идёт маленькая гражданская война. Эти благородные, — благородные в его устах звучало как оскорбление, — словно с цепи сорвались.
— Пробиваемся к подвалам, там есть выход.
Орки окружили меня и оруженосца, баюкающего на руках ребёнка, плотным кольцом. Любому, кто захочет отнять наши жизни, придётся вначале пройти по их телам. Преданность орков правящей династии была сродни религиозному фанатизму.
Уже на выходе из напоминающей поле боя спальни я бросил взгляд на остатки того, что некогда было кроватью. «Простите меня».
Дворец был полон криками и шумом боя. Дважды мы натыкались на отряды наёмников, занятых своим любимым делом: грабежом, и вступали в бой. Всё чётче передо мной вырисовывалась картина заговора. Напавшие на меня носили цвета герцога Гхана и Сигурта, это были воины из их свиты. А сам замок был атакован с помощью наёмников. Ховальд уже давно докладывал мне о прибытии в столицу нескольких «Вольных отрядов», продающих свои мечи за деньги. Я тогда решил, что они рассчитывают войну Восточного королевства с Империей, желая продать свои мечи короне. И до сегодняшнего дня не придавал им большого значения. Как оказалось, зря.
