…Залез я на сараюшку, старый рубероид снял, две прожилины оторвал, тоже хотел новыми заменить…
Гляжу сверху – машина легковая, черная к нашим воротам подъезжает. «Кто? Зачем? Ошиблись», – думаю…
Заходят мужики во двор – бравые, важные, при галстуках. Ботинки наваксенные блестят. Ко мне идут. Я на всякий случай просморкался, чую – разговор будет. Моя Антонина Васильевна в кухонное окно выглянула – за занавеску спряталась. Через минуту не выдержала, снова выглянула. Я сверху заметил: уже в другом, чистом халате.
Подходят, головы задирают, вежливо так здороваются:
– Здравствуйте! Вы Трофим Викторович Шаповалов?
– Я.
– Мы к вам по рекомендации. Нам сказали – вы рыбак отменный, места красивые, рыбные знаете.
Так и сказали – «по рекомендации» и «рыбак отменный». Слова-то какие! Не каждый день слышишь. Их заслужить надо. Не каждому такое говорят. К тому же, как нарочно, в тот день утром Антонина моя Васильевна решила с утра мне мозги прочистить. Сами знаете, на них, на баб, такая дурь частенько накатывает. Ни с того, ни с сего начнут воспитывать и остановиться не могут..
… – Помешался на своих крючках да червях. Вечером постель стелить стала, гляжу – из подушки крючок торчит. Еще бы чуток – и быть беде…
Я было чуть в драку не полез. Наговор, ясно – наговор. Однако вспомнил – в тот день я, сидя на кровати, банку с крючками открывал, решил пару донок-закидушек сделать. Вот, видно, и выронил крючок.
– Ладно, – говорю, – виноват. Исправлюсь.
Так нет же, не умолкает, не успокаивается. Позапрошлогоднюю историю с тараканами вспомнила.
Что за история? Поди, уже все наслышаны. У нас же тогда дело чуть до развода не дошло. Антонина на целый месяц к матери уезжала, ребятишек – Генку с Аленкой – увозила. Хорошо, что теща моя Анфиса Петровна, умнейший человек, уговорила ее домой, ко мне вернуться.
Что же касается тараканов, то это меня Андрюха Чупров с толку сбил.
Поехал я тогда на Сосновское озеро карасей половить. Еду, а навстречу мне Андрюха. С рыбалки возвращается. Тормознули велосипеды, как водится, поболтали чуток, новостями обменялись.
– Чем на карасей сидеть, ты бы на Баранскую ехал. Хариус там браться начал. Вот посмотри.
Приоткрыл Андрюха сумку, а там хариусы, что слитки серебряные, светятся.
– Только имей в виду, хариус в это время привередливый. Кузнечиков, паутов ему не надо. Обожрался ими. Берет же он, – сильно не распространяйся, тебе одному по секрету говорю, – на таракана. На обыкновенного нашего, домашнего таракана. Надо же так зажраться – подавай ему таракана, и точка.
На другой день я весь свой дом перевернул и… и – ни одного, даже самого задрипанного, не нашел. До этого были – никакой отравой не выведешь, а тут – ни одного. Наверняка они наши человеческие мысли угадывать умеют. Только задумал я их на наживу определить – ушли. Хотите верьте, хотите нет – ушли…
– Что делать? Вспомнил я, что не раз слышал, как люди ворчат: «В пекарне райповской в каждую булку по пять тараканов сажают, а потом клянутся-божатся: «У нас хлеб не простой – с изюмом, потому и с наценкой продаем». Пошел туда. Там сторожем Родька Игнатьев. Я в школе с ним учился. Отличником он был, «Гордостью школы» назывался. Учителя его в академики метили. На выпускном вечере пацаны, как это водится, тайком от учителей сгоношились, сбросились по червонцу, пару бутылок водки купили. Долбанул Родька за углом сто грамм – и остановиться не смог… Вот тебе и «Гордость школы»…
Рассказал я Родьке, что к чему, коробку из-под чая дал:
– Выручи!
– Фунфурик дашь – полную коробку наловлю.
– Хрен с тобой, дам. А еще одноклассником считаешься. За каких-то паршивых тараканов фунфурик требуешь.
– Потому и фунфурик, что мы одноклассники. С другого я бы меньше литра не взял. На тараканов нынче везде спрос. В городе их поштучно продают. За одного таракана полсотни берут. Ты же, наверное, в курсе: ученые определили – тараканы счастье в дом приносят. Живет человек – черный хлеб жует, да и на него денег не хватает. Из каждого угла нужда торчит, от нужды попискивает. Колотится человек как рыба об лед – ни работы, ни здоровья, одни тучи на горизонте. А завел сотни две тараканов – и повалило… Работа нужна – вот она. Проснулся утром, не успел глаза продрать – в дверь стучат, у ворот лимузин стоит. Заходят, шапки снимают: «Вас мэр к себе приглашает. Помощник ему требуется…»
Заглянул в почтовый ящик, – что-то под пылью и паутиной белеет. Достал бумажку, взглянул – и в обморок… Перевод из Америки на сто тысяч долларов. Дядюшка перевел, о котором ты знать не знал…
Зайди часиков в пять – заберешь товар. Да фунфурик, фунфурик не забудь…
Забрал я тараканов у Родьки, фунфурик отдал, домой коробку понес. В карман куртки коробку впихнул и несу. Иду и чувствую – что-то у меня в штанах шевелится и спину щекочет. Сначала шаг ускорил, потом побежал. Не будешь же посреди улицы штаны снимать и смотреть, что там шевелится.
