Выждав десяток секунд, Эрр Первый продолжил:
— Сей новостью вполне оправдано был нарушен покой моего завтрака — ведь Ветреные Оборотни не посещали нас столь официально более пяти сотен лет, с момента окончательного установления отношений добрых соседей. Тем паче с наследниками Золотой Кошмы в составе посольства, — голосом выделил он. — Посему сегодня ваш день будет посвящён углубленному культурно-историческому экскурсу о Хуух-Дууд Салхинах в библиотеке Дома, необходимому вам ввиду сложившихся обстоятельств и скудости сведений о нравах и обычаях Оборотней Вольной Степи, включённых в ваши учебные планы, — единым повелительным посылом заключил Владыка.
Чуть потеплев взглядом, отец добавил:
— Тебе, Эна, это будет особенно полезно. Я уверен, что Бургас и Яст-Мелхий прибывают не просто с визитом вежливости, но с матримониальными планами.
Повисла пауза, буквально искрящаяся любопытством, но ненадолго — отмершая принцесса, наклонив голову с чуть хищным выражением лица, произнесла, вложив в голос благодарность и довольную заинтересованность:
— Да, отец, благодарю!
Следом и мы с Эном синхронно склонили головы и хором молодцевато гаркнули:
— Да, отец! Благодарю!
— Засим, дети мои, — улыбнулся одними глазами Эрр Первый, — более вас не задерживаю. Ступайте, — едва заметным кивком попрощался с нами Владыка Подземья и Тени Великих Гор.
Традиционно ответив на прощание, наше трио чемпионов по синхронным кивкам и поклонам покинуло кабинет и, миновав приёмную, уже заполнявшуюся первыми посетителями, молча углубилось в полусумрак тоннелей и лестниц, ведущих вглубь дворцового яруса.
«Вот это папа выдал! Я, конечно, предчувствовал скорые перемены и прочие приключения. Но со светлыми! Что там с Алуринель-Светланой? Что узнал вчера отец? — думалось мне на ходу. — Но нет, изнывай от любопытства! А тут ещё и Хуух-Дууд Салхины, что бы не значили сии странные слова! Из всей информации разве что общие сведения и есть в памяти: Вольная Степь на юге, кочевники, едва начавшие вести полуосёдлый образ жизни, да какое-то специфическое оборотничество», — ворошил я воспоминания.
В фойе библиотеки нас уважительно встретил молодой Ал, помощник мастера Хранителя Знаний Дома Владыки, и проводил в отдельный читальный зал с большим квадратным столом и тремя табуретами серого камня вокруг него. Большую часть поверхности занимали свитки и весьма крупноформатные книги, сулящие очередное многочасовое погружение в глубины мудрости предков, собиравших и преумножавших!
— Эн, Эна, — сказал я, когда Ал нас покинул, — предлагаю, как и прежде, разделить на троих весь массив, проштудировать и законспектировать, а после пересказать друг другу. Полагаю, что после совместного ужина у меня в покоях, можно будет спокойно всё обсудить, — я со значением прикрыл глаза, чуть поводя обоими ушами.
— Да, Таор, ты прав, и предложения твои разумны, — слегка задумчиво ответил брат.
А сестра молча, с крайней заинтересованностью уцепила самый толстый том с кратким названием «Их нравы. Том второй — Вольная Степь» на обложке и ушла в глубокие чёрные строчки. Мы же с Эном разделив пополам оставшиеся книги потоньше, а пару ветхих свитков оставив на закуску, так же нырнули в пучину слов.
Тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц да деликатным поскрипыванием металлических перьев, и привычка тела и ума к подобным трудам способствовали концентрации и разумному поглощению знаний о весьма необычном народе.
Хуух-Дууд Салхины, что означало — Дети Ветра, занимают всю Вольную Степь Юга, граничащую со Светлым лесом от юго-востока до севера, с Тенью Великих Гор — от севера до запада и с Пустыми Песками на самом юге. Через всю степь протекают две широкие и полноводные реки, также имеется пяток крупных и десяток мелких озёр.
Жизнь салхины ведут преимущественно кочевую, связанную больше со скотоводством, нежели с земледелием. Но при этом у них имеются и достаточно крупные города — центры ремёсел и знаний, расположенные у самых крупных озёр. Такова и столица — Тов-Хот, самый древний город Вольной Степи, раскинувшийся по берегам крупнейшего озера Тов-Нуур.
Общество у кочевников клановое, где каждый клан правдиво возводит свои многотысячелетние родословные к Первым Детям Ветра: легендарным предкам, обошедшим Великую Степь, давшим первые Законы и утвердившие в том числе правило: «Один клан — одно дело».
Но в полной мере сей принцип, как и прочие Мудрости Первых, был реализован лишь тысячу лет назад, когда вожди Клана Золотой Кошмы словом и делом прекратили бессмысленные междоусобицы внутри Вольной Степи.
«Что, в целом, коррелирует с нашей историей, — подумалось мне, — где так же Дом Владык объединил и сплотил всех тёмных эльфов под Тенью Великих Гор. Правда, случилось это несколько ранее — около четырёх тысяч лет назад».
Так же, как и все разумные этого мира, Хуух-Дууд Салхины владели магией.
