Стволы омертвевших деревьев замелькали чаще, и даже краешка внимания хватило, чтобы заметить всё усиливающийся с каждой лигой наклон и ветвей, и, позже, крупных сучьев к югу и западу, что отчетливо показывало вихревую природу ауры, явно заточенной на поглощение энергии в центре, так сказать, циклона.
Напряжение поля смерти всё возрастало, третий кристалл закончился меньше чем за четверть часа. И с этого же момента стало заметно, что общая высота деревьев стала неуклонно снижаться: будто невероятная, полого наклонённая коса наискосок прошлась по непредставимо огромному кругу, срезая и полностью, без следов, уничтожая за собой всё живое. В голове моей мелькнуло: «Пологий параболоид вращения», но связно додумать я так и не смог — наша кавалькада промчалась по остаткам леса, быстро сошедшим на нет и вылетела на колоссальную, не меньше лиги в диаметре, поляну.
На гигантском круге абсолютно чёрной земли, лишённой даже и намёка на саму возможность жизни, в самом центре с величавой неспешностью вращалась воронка жуткого вихря, вздымающегося на высоту до двух десятков метров, основанием же своим занимающего не менее трёх. Соткан он был из гигантских прядей непроглядного тумана всех оттенков серого, что в своём перетекании рождали образы заходящихся криком лиц, сменяемых жуткими видениями умирающих в муках чудовищ.
Давление на защиту выросло настолько, что и я, и Таор, не раздумывая, потянулись к линиям сил серьги, которая совершенно спокойно стала нас подпитывать невероятно мощным потоком.
Не успел я удивиться, как тут же Орр и Олл вскинули руки, колонна замедлилась и остановилась за сотню метров от вихря, а мастера-маги разразились краткими командами, выдаваемыми хором:
— Формация «С». Таор — центр. Свет, растения — внешка. К дубль-плетению готовсь!
— Есть! — откликнулись все разом.
После этого тёмные братья чуть разъехались в стороны, одновременно доставая из седельных сумок не виданные мной ранее накопители значительных размеров. Занимая место меж Оллом и Орром, я следил за трансформацией защитных плетений, происходящей вслед за перестройкой арьергарда, разъезжающегося за нашими спинами влево и вправо и формирующего своеобразные крылья, направленные к воронке. Построение замерло, ко мне протянулись руки мастеров магов, зажавшие удлинённые кристаллы, больше похожие на полноценные жезлы. Обхватывая свободные концы камней, я услышал ясный посыл Таора: «Теперь — как договаривались вчера: ты просто держишь действующую защиту, по факту страхуя меня. Ну я возьмусь за второе, блокирующее плетение».
«Да будет так, коллега!» — согласился я и предельно сконцентрировался на удержании линий сил огня, обеспечивая равномерную подачу энергии по своим слоям чар.
Потоки струились, буквально завораживая моё внутреннее зрение, на внешней стороне отзвучали команды, зазвучала уже слышанная всего два часа назад симфония, рождающая ещё одно грандиозное плетение, Таор выплетал свою магию. Но всё это проходило мимо — моё сознание неотрывно бдело за вихрями и течениями, начинающимися в многомерно вращающемся лабиринте узора серьги, проходящими через искрящиеся каналы подпитки к внутреннему средоточию личных сил и уже оттуда веером расходящимися по линиям, насыщающим огненные элементы защиты нашего отряда.
А на неё меж тем оказывалось всё более и более существенное давление, требуя каждый миг расширять каналы и перекачивать всё большие и большие объёмы. И это настолько поглотило меня, что само моё я уподобилось потоку, одновременно зарождаясь, истекая и противостоя враждебной мощи, стремящейся подчинить, иссушить, умертвить и лишить вообще всей возможной энергии и даже тени шанса на посмертие.
Миг за мигом стали таять исподволь воспринимаемые ощущения тела, да и сама возможность его иметь стала совершенно незначительной — борющейся силе нет нужды во вместилище!
Это было последним, что можно считать мыслью: после я-сила устремился всем собой навстречу противнику и со всего маха налетел на непробиваемый барьер, утрачивая себя окончательно.
***
В это же самое время, в этом же самом месте две дюжины разумных чётко, точно и невероятно слажено завершили построение грандиозного плетения-купола, полностью заключив ужасающий вихрь в непроницаемую броню. Долгие две с половиной минуты непрерывного колдовства на пределе возможностей не прошли даром ни для одного из участников действа: все младшие чины Коллегии Магов Подземья держались в сёдлах лишь благодаря гранитной воле и удерживающим ремням, старшие же маги — и тёмные, и светлые — излишне глубоко дышали и до хруста сжимали израсходованные на три четверти великие накопители.
