— Хорошо, — кивнул я. Так, чего бы пожевать-то? Во мне, кроме хлеба, жареного с солью, да лука, целый день ничего не было.
— Так ты знаешь, какое дело у них было? — не унималась Паулина. — Оно было с тобой связано?
Я сделал неопределённый жест.
— Михаил! Почему ты такой неразговорчивый⁈ — наиграно возмутилась девушка.
— У тебя кухня сейчас работает? Сколько там на часах?
— Работает. Не отвлекайся! Что происходит, Миша⁈ Сегодня мне сообщили, что Керн покинул Приборово так поспешно, будто за ним Боги Изнанки гнались! Фурсов же только недавно объявился, заперся у себя в особняке и вид у барона такой был, что краше в гроб кладут. Он вызвал к себе нотариуса аж из Санкт-Петербурга. Кричал на него, чтобы тот явился уже утром. Я уверена, что эти поступки как-то связаны с тобой!
— Это хорошо, — сказал я.
— Что именно хорошо⁈ С тем, что с тобой связано? — не поняла Паулина.
— Нет, хорошо, что он вызвал нотариуса. У меня были опасения, что Фурсов придёт сюда убиваться. Как, видимо, и у господина Снегова, судя по усиленной охране.
— Да, витязь развил бурную деятельность, — согласилась девушка. — Не вспомню такого. Даже по тревоге не так серьёзно всё было. Так ты расскажешь, что произошло?
— Пока нет.
— Ты тако-о-ой скрытный… — усмехнулась Князева. Подошла к холодильнику, открыла его. — Впервые вижу столь девственную чистоту. Тут вообще когда-нибудь еда появлялась?
— Некогда заниматься такими вещами. Дому меньше недели.
— Я бы сказала, что жениться тебе надо, Миша, но ты ведь это поймёшь неправильно и предложишь мне руку и сердце, а они мне без надобности.
Я не удержался от улыбки, но Паулина её не увидела. Она изучала кухню.
— Хочешь, могу предложить кому-то из моих девочек убираться здесь и готовить тебе? В знак наших с тобой деловых отношений. Они с радостью тебе помогут.
— С радостью? — удивился я.
— Миша-Мишка-Мишуняка, ты национальный герой Томашовки! Ты отвадил гарнизон от нашего туалета. О! — она заметила моё изумлённое выражение лица. — Ты не знал⁈ А-ха-ха! Солдатня по любому поводу к нам ходила. У нас же всё, как у людей сделано. А теперь ты им соорудил такой подарок! С душевыми кабинами, да?
Я кивнул.
— Так ты теперь и для них герой, и для нас. Ты не представляешь, как непросто убирать за таким количеством мужиков. Так что любая из моих девочек охотно окажет тебе такую услугу. О! У меня же Сашенька есть, она работала на кухне в Малорите. Готовит — пальчик откусишь сам себе! Хочешь, пришлю именно её?
— Спасибо, не надо. Предпочитаю кушать у тебя.
— Вот и славно, Мишка-Мишич-Мишунок. Очень славно. Я женщина не ревнивая, но мне нужно, чтобы ты был в состоянии удовлетворить мои потребности. А зная Сашеньку… Сашенька не выдержит твоего великолепия, сорвётся. И у тебя на меня не хватит сил! Это ведь очень неправильно, господин Зодчий! На меня сил должно хватать всегда, слышишь меня?
— Учту.
— Что это⁈ — ахнула вдруг Паулина, — кофейный аппарат⁈
Вопрос не требовал ответа. Всё очевидно. Да, такой у меня тоже был. Нормального кофе не было, пил растворимый, а аппарат — пожалуйста.
— И это всё сделал Конструкт? — с недоверием проговорила девушка. — Вот всё-всё? И его тоже, и холодильник? И лампочки в потолке? Так просто? Ты направил силу Конструкта, и он всё сам собрал из ничего?
— Да.
— Чудеса, конечно, Миша-Мишка-Мишенька. Просто чудеса.
— Лучшая работа на свете, — живот заурчал. — Пойдём, поедим?
Говорить о тайнах Конструкта мне совсем не хотелось. Со стороны, конечно, всё выглядит просто, но каждая схема есть результат долгого и кропотливого труда. Некоторые из них создаются поколениями. Ведь чтобы простую дверь межкомнатную сделать, в чертеже для Конструкта недостаточно просто размеры задать и необходимый материал. Нужно продумать абсолютно все детали. Вплоть до каждой пружинки в замке! Причём выбрать между дороговизной расхода реогена на тот или иной сплав и необходимым качеством для правильного функционированиям. И ведь речь идёт только про межкомнатную дверь. Всё надо прописать, проверить, обкатать и встроить в сотни, тысячи других деталей, чтобы создать, наконец-то, схему.
А потом, конечно, да. Просто записываешь в Конструкт, и он всё сам делает.
— Ты сильно проголодался? — Паулина присела на краешек стола, приняв соблазнительную позу. А я вдруг подумал, что окна в пол с видом на лес это прекрасно, но нас ведь снизу видно может быть. Да, далеко, но всё же. Стёкла в этой модели были самые простые, без отражающего покрытия.
— Как волк, — улыбнулся я. — Составишь мне компанию?
— Ты, Мишка, мёртвую уговоришь. Идём.
Когда я вышел из своего домика, в сопровождении Паулины, то не успел пройти и десяти шагов, как из темноты возник Снегов. В полном боевом облачении и всё равно бесшумный.
— Ваше благородие. Найдётся минута? — пророкотал он.
— Конечно, ваша доблесть.
— Дело государственной важности, — сказал витязь и выразительно посмотрел на Паулину, и та, закатив глаза, прошла мимо него. Снегов не пошевелился, даже головы не повернул, чтобы проводить красотку взглядом, хотя хозяйка «Логова» постаралась сделать походку максимально эффектной.
