Отрезвляющее напоминание о том, что они проделали все это лишь для того, чтобы Али теперь отдался на милость какой-то демонической глыбе, обитающей на дне океана, снова окунуло Нари в пучину отчаяния. Она поднялась на ноги, стараясь придать голосу профессиональную отстраненность.
– Как ты себя чувствуешь?
Али с выражением облегчения потер место у себя под сердцем.
– Как будто мне удалили самую чудовищную в мире занозу.
Джамшид сжал руку Нари:
– Я найду тебя позже.
Но когда он попытался пройти мимо Али, тот остановил его, ухватив за запястье:
– Спасибо, Джамшид.
Брат Нари прикусил губу, словно обдумывая, не сказать ли в ответ какую-нибудь колкость, но затем просто кивнул:
– Пожалуйста. И удачи тебе, Ализейд. – И он вышел, закрыв за собой дверь.
Али окинул взглядом стол, который они успели убрать только наполовину.
– Крови, кажется,
Нари помолчала, не горя желанием вспоминать о том ужасе, который она испытала, наблюдая, как он умирает у нее на глазах.
– Ситуация несколько осложнилась.
Али подошел немного ближе, но продолжал держаться на расстоянии вытянутой руки.
– Так и знал, что оно требовало тебя, – сказал он, кивая на кольцо на ее большом пальце. Его губы скривила усмешка, но в выражении его лица Нари увидела лишь грусть от предстоящей разлуки, потому как оба знали, что он вернулся проститься с ней. – Сколько раз ты спасала меня?
– Я же говорила, что тебе никогда не избавиться от этого долга.
– Могу я кое в чем признаться? – Али посмотрел на нее с неприкрытой печалью, и его улыбка совсем погасла. – Я бы хотел навсегда остаться у тебя в долгу.
Земля словно ушла у нее из-под ног.
– Али…
– Подожди. Пожалуйста. Пожалуйста, позволь мне договорить. – Когда Нари выдохнула и надолго замолчала, Али продолжил: – Я не жалею, что поцеловал тебя. Я знаю, что это неправильно. И это было один-единственный раз. И все же я не могу заставить себя сожалеть об этом. Но то, как мы начали и как я остановился, – я не хотел, чтобы ты решила… будто это был минутный порыв. Будто на самом деле я этого не хотел. – Али опустил взгляд. – Будто я уже давным-давно этого не хотел.
Нари была готова расплакаться.
– Я тоже ни о чем не жалею, Али.
Он поднял на нее глаза, тоже полные слез.
– Я рад, – прошептал он. – И мне жаль. Мне очень жаль, что у меня не получилось сделать все подобающим образом. Мне жаль, что мы не смогли… – Он замолчал, словно оборвав себя на полуслове.
Нари должна была договорить вместо него. Но она не могла, потому что чувствовала, что, если произнесет эти слова, он никогда к ней не вернется. Нари знала, что происходит, когда она осмеливалась иметь надежды и мечты.
Они разбивались на сотни осколков.
Вместо этого она сделала два шага ему навстречу и обвила руками его шею. Она не поцеловала его, чтобы не переступать черту, которую провел между ними Али, но крепко прижалась к нему, обратив внимание на мокрый след, оставшийся на ее щеке. Она не понимала, кто из них плакал.
– Возвращайся, – отчаянно увещевала она. – Договорись с Тиамат. Льсти ее морским змеям или отдайся на милость Себека. Не глупи, не будь безрассуден и не иди на поводу у тщеславия. Дай ей, что она пожелает, Али, и возвращайся ко мне.
– Я постараюсь, – ответил он, дрожа всем телом.
Нари отстранилась и бросила на него горячий взгляд:
– Нет, не постараешься. Ты
Али опустил голову, глядя на нее. Нари ожидала услышать, что он не сможет дать ей это невыполнимое обещание. Что он уже отдал Нари то, чего желала от него Тиамат.
– Обещаю, – прошептал он.
В дверь постучали.
– Зейди, – позвал Ваджед. В голосе старого воина звучала боль. – Пора.
Али отпустил ее и отступил назад, на мгновение переплетя их пальцы.
– А Дэвабад…
– Мы во всем разберемся, – сказала Нари с самой уверенной улыбкой, на какую только была способна, – она до сих пор оставалась непревзойденной лгуньей. Нари сжала его руку: – Мы с Джамшидом и твоей матерью. Не беспокойся о нас.
– Кто посмеет сомневаться в такой команде. – Али коснулся кольца на ее пальце, а затем отпустил ее руки. – Да будет гореть твой огонь вечно, друг мой.
Слезы защипали глаза.
– Ступай с Богом, Али, – ответила она по-арабски. – Мир твоему дому.
Хотя дождь прекратился, на пляже было так туманно и сыро, что Али промок еще до того, как заметил корабль, который снарядил для него Ваджед. Прилив бился о борт дико и ненасытно. Ни звезд, ни луны – только муссонные тучи, слабо подсвеченные небесным светом, который они же и прятали. Океан, обычно такой ласковый, посылал во все стороны фонтаны брызг, когда штормовые волны набегали на берег.
