Сегодня Кэт преследовало плохое предчувствие, как это обычно бывало, когда Генри возвращался домой в плохом настроении и поднимал на нее руку. С того случая, как она обратилась в полицию, муж осторожничал, наказывая ее так, чтобы не оставалось следов или чтобы следы нельзя было привязать к побоям. Однако, к моральным унижениям и запугиванию он прибегал с большим энтузиазмом. Поэтому Кэтрин постоянно жила в ожидании, когда у мужа испортится настроение или он будет чем-то недоволен. Вот и сейчас она изучала статью про малый бизнес, но все прочитанные строчки растворялись у нее в голове, так и не дойдя до сознания.
«Может, мне лучше лечь спать?» — подумала она, но сразу же себя одернула, вспомнив, как Генри пару раз в порыве необъяснимого гнева стаскивал ее с кровати. — «Нет, лучше дождусь его здесь»
Кэтрин еще некоторое время вчитывалась в строчки журнала, пытаясь понять и запомнить хоть что-нибудь, но медленно накатывающий невроз не давал ей сосредоточиться.
Казалось бы, зачем ей, девушке, которой запрещено работать, знать что-то о малом бизнесе, да и вообще о бизнесе? Все было довольно просто и прозаично — она мечтала, что когда-нибудь сможет развестись с Генри и уехать куда-нибудь далеко, открыть свою маленькую пекарню и жить спокойной жизнью. У нее даже был план, осуществив который, она могла прийти к своей мечте. Но у этого плана было слишком много «но», поэтому Кэтрин набиралась терпения и выполняла роль идеальной жены, постепенно, шаг за шагом приближаясь к воплощению своего замысла.
Тяжело вздохнув, она спрятала журнал под подушкой софы и взяла роман, но открыть его не успела, заметив свет фар, появившийся на подъезде к дому. Кэтрин бросила книгу и вскочила со своего места, заламывая кисти рук. Выйдя из гостиной, она прошла по широком холлу и остановилась недалеко от входной двери. С улицы послышалось, как заглушили звук мотора, и через пару минут в дом вошел мужчина. От него пахло алкоголем и приторными женскими духами, будто он недавно в них искупался.
— Генри, добрый вечер, — Кэтрин подошла к мужу, забирая у него пиджак, который тот нес в руках.
Мужчина вскользь посмотрел на свою жену и нетвердой походкой прошел в гостиную, где тяжело рухнул на диван.
— Принеси мне воды, — сказал он, осматривая взглядом комнату и взглядом цепляясь за книгу на софе. — Что это?
Кэтрин проследила за взглядом мужа и, передавая ему стакан с водой, ответила:
— Это роман, который я начала читать, — спокойно сказала девушка. — Уже поздно, я пойду спать.
Генри перехватил ладонь жены, не давая ей сделать шаг, и сильно сжал ее, от чего она вскрикнула и схватилась мужскую руку, пытаясь разжать ее.
— Ты бесполезна. Лучше бы что-то толковое начала читать. Пустая кукла.
— Генри, ты делаешь мне больно! — Кэт зажмурилась от боли, впиваясь пальцами в руку мужа.
Он посмотрел на нее стеклянными глазами, потом взглянул на свою руку, сжимающую ладонь жены, и моргнул, будто смахивая наваждение.
— Да, иди спать. Я еще тут посижу, — сказал он, разжимая ладонь.
Кэтрин выхватила руку и выбежала из гостиной. Поднявшись в спальню, девушка захлопнула дверь и, прислонившись к ней спиной заплакала, держась за все еще болящую руку.
Она боялась такого мужа. Сейчас ее ладонь держал не тот человек, в которого она влюбилась, кому отдала свое наивное сердце. Это был чужой и жестокий мужчина, которому, казалось, доставляло удовольствие делать ей больно. Кэтрин даже иногда казалось, что у ее мужа было раздвоение личности, иначе как объяснить его внезапные порывы жестокости? Хотя, если у него и было две личности, то первая не сильно отличалась от второй. Если вторая делала больно физически, то первая ранила морально.
Кэт нервно выдохнула, вытирая слезы и успокаиваясь. Она осмотрела темную спальню с широкой деревянной кроватью, по бокам от которой стояли деревянные тумбочки с изящными светильниками. У противоположной стены по углам стояло два кресла из того же дерева, что и кровать, с мягкими спинкой и сидением, а между ними находился широкий деревянный комод, над которым располагалась картина с изображением бушующего моря. Подойдя к комоду, девушка выдвинула верхний ящик, откуда взяла шелковую ночную сорочку. Переодевшись, Кэтрин легла в кровать, кутаясь в одеяло, чтобы согреться, и уснула.
Утро в доме Беннетов началось как обычно в семь утра, когда Кэт вышла из своей спальни, чтобы принять душ и приготовить завтрак. Быстро приведя себя в порядок, девушка посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Сегодня она едет в тренажерный зал, после которого ее ждет косметолог и мастер маникюра. Пожелав себе мысленно доброго утра, она спустилась на кухню.
