Церковники проводили опыты над золотой кошечкой, инициированной 600 лет назад. Она жила при монастыре и убивала по их приказу, конечно, в то время наука не была так развита, но основные положения существования, инициации и жизни этого монстра церковники установили. Вот только генетики как науки тогда не существовало, и потому они только предположили, что только небольшая группа людей могла быть инициирована. Они даже описали основные черты внешности этих людей, но ошиблись. Предыдущая кошечка полностью европейка, можно даже сказать, она была нордического типа, а я смесь китаянки и европейца, и отец у меня не относился к нордическому типу. Они проводили эксперименты над девочками, хотели инициировать ещё одну кошечку, но у них ничего не получилось.
Из всей полученной информации мы с Альбертом сделали выводы, и для меня выводы оказались не радужными, но с эти нужно смириться и продолжать жить дальше. И я, и Альберт, оба понимали, что моя жизнь изменится и очень сильно, и планы, которые я строила на будущее, скорее всего, останутся только планами.
После четырнадцати лет моя жизнь резко поменялась. Раз судьба так распорядилась, и мой спящий ген пробудился, то спокойной жизни у меня уже больше не будет. Рано или поздно нелюди и люди узнают о моём существовании и меня попытаются перетянуть на чью-то сторону, и использовать будут разные методы от уговоров до шантажа. И для того, чтобы не воспользовались моей наивностью и доверчивостью, а также чтобы обезопасить близких людей, мне нужно занять определённое положение в обществе, найти себя, стать профессионалом своего дела, и ещё нужно, что бы боялись. Да, именно боялись. "Страх и только страх перед смертью сможет остановить как людей, так и нелюдей", — это сказал мне Альберт, когда мы переработали всю полученную информацию о золотой кошечке.
И я поверила ему. Вампир, который прожил столько сотен лет, успешно скрывая свою сущность, достиг высокого положения среди нелюдей и успешно управлял своим вампирским домом, знал, о чём говорил. Он изучил психологию людей и нелюдей и успешно применял свои знания на практике.
Альберт никогда не давил, он излагал факты, а выводы я должна сделать сама. Он воспитывал меня как самостоятельную, независимую личность, способную отстаивать свои интересы и способную постоять за себя.
Мне понадобилось некоторое время, чтобы разложить по полочкам всю добытую вампирами информацию о моей новой сущности и прийти к определённым выводам.
Информацию о золотой кошечке можно разделить на две части: первая часть — золотая кошечка, это идеальный убийца нелюдей всех видов. Моя кровь, как в кошачьей, так и в человеческой ипостаси, являлась смертельным ядом для вампиров и оборотней, даже капля крови могла убить вампира или оборотня, противоядий не существовало.
Как описывали церковники в своих бумагах, нелюди умирали в любом случае, но смерть могла быть как мгновенной, так и медленной. При медленной смерти нелюди умирали в страшных мучениях, и зависело это от моего рациона питания и количества крови, проглоченной вампиром. Ядовитыми были мои когти и зубы, при прокалывании плоти нелюдей из них выпрыскивался яд, причём достаточно одной царапины когтями или маленького укуса зубом. Слюна тоже ядовита. Ещё моя шерсть, в спокойном состоянии гладкая и шелковистая, могла вставать дыбом, и шерстинки становились твёрдыми и острыми, как иглы, и тоже ядовиты. Мою шкуру нельзя пробить ни одним известным холодным оружием. Мои когти могли протыкать бетон, а зубы прокусывать стальную проволоку. Я — убийца, которого невозможно уничтожить в кошачьей ипостаси, про человеческую ипостась информации не было. И ещё моё тело могло вырабатывать специальные вещества, запах которых притягивал вампиров, как магнит, и сопротивляться могли только очень старые вампиры, и то недолго. Но и мой запах в человеческом обличии очень нравился вампирам, это сказал Альберт. После инициации он изменился, и я стала аппетитно пахнуть.
Вторая часть — при выбросе адреналина в кровь организм начинал усиленно вырабатывать яд, температура тела повышалась, и впоследствии мне требовалось его охлаждать, иначе я могла впасть в состояние сна, что не допустимо. Это состояние могло продлиться от нескольких часов и до нескольких дней, и в этот период я уязвима. И самое главное, золотые кошечки умирали в молодом возрасте, они умирали от собственного яда, который постепенно отравлял организм, максимум они доживали до тридцати лет, поэтому следовало найти способ нейтрализовать излишки яда в организме и вывести его.
Единственное, о чём не было записей у церковников, это о крыльях. У меня крылья были, они меньше чем у дракона, но имели такую же форму и из плотного золотого тумана, а на ощупь мягкие, как пух, и обжигали, как будто дотрагиваешься до раскалённой сковородки. Предыдущая кошечка была без крыльев, просто кошка, только большая. Мы пришли к выводу, что мои крылья мамино наследство.
