— И я, только не с таким стажем. А ты почему? Ой, извини, вопрос бестактный, можешь не отвечать.
— Отвечу со всем моим удовольствием, ведь до сих пор не перестаю радоваться. Моя жена была из тех, что заставляют гостей снимать обувь в прихожей, а у меня как раз довольно безалаберная профессия. А ты почему?
— Муж не выдержал со мной больше, ведь я ни разу не заставляла гостей снимать обувь в прихожей. И профессия у меня тоже довольно безалаберная.
Не исключено, что мы просидели бы на пляже остаток дня и всю ночь, если бы не ветер, который с каждой минутой становился все холоднее и сильнее. Очень уж хорошо нам разговаривалось. И этот фактически незнакомый Костик казался мне давним хорошим знакомым. Насквозь промокшая, теперь, сидя неподвижно, я страшно замёрзла и с трудом встала с песка.
— А тут ты что делаешь? — на прощание поинтересовалась я. — Приехал посмотреть или собираешься пожить?
Костик тоже поднялся.
— Приехал пожить, на несколько дней.
— Есть где остановиться?
— Нет, пока не искал, сразу пошёл на пляж.
В доме моих хозяев были две подходящие комнаты. Одна, рядом с комнатой Мешека, была заставлена ненужной мебелью, запасными столами, стульями, кроватями. Та, что рядом с моей, почти пустая, там Ядвига гладила бельё.
— А тебе как удобнее — остаться здесь или поселиться в Крынице?
— Сам не знаю. Просто хотелось немного пожить в самом центре косы, тогда уж скорее в Крынице, но теперь вижу, что в Песках просто раздолье.
— А машину ты где оставил?
Я не сомневалась, что Костик приехал на машине, иначе не прошёл бы пешком всю косу с пустыми руками, хотя бы рюкзак прихватил. Должен же был где-то оставить вещи.
— Понятия не имею. То есть знаю, что на шоссе, в том месте, где был переход через дюны.
Значит, баржа. Я затормозила, потому что мы уже успели порядочно пройти в другую сторону. Огляделась. До порта было ближе, с километр, до баржи два с гаком.
— У меня предложение. Тут уже до моего дома совсем немного осталось, там наверняка сможешь снять комнату, у хозяев дом просторный. Если же нет, вернёшься в Крыницу, в любом случае я тебя подброшу до твоей машины. Ну как?
— Прекрасно, договорились.
К счастью, Ядвига оказалась дома. Согласилась не раздумывая, проше бардзо, вон ту комнату, рядом с пани Иоанной, она может сдать. Что касается рыбы, то Вальдемару удалось вытащить одну сеть, правда, её тоже порядком потрепало, но хорошо хоть эту успел, будет ужин.
— Вот видишь, даже ужин получишь. Выполняя обещание, я сразу же, не переодеваясь, отвезла Костика к его машине. На обратном пути купила пиво, ведь рыбка любит плавать, а в доме Вальдемара пиво было самым крепким алкогольным напитком.
Потом выяснилось — и Костик помнил о рыбке, тоже закупил пиво. Переодевшись в сухое, мы уселись рядом на ледяной веранде, которая летом служила Ядвиге столовой для квартирантов, а зимой холодильником. Веранда не отапливалась, но все-таки ветер её не продувал, можно выдержать.
— Даже не догадаешься, чем я сейчас занимаюсь, — начал разговор Костик. — Живопись забросил вскоре после окончания академии, недолго занимался графикой и интерьерами, а теперь целиком переключился на декоративные элементы, главным образом ювелирные изделия и поделки из янтаря.
Я не верила своему счастью — неужели наконец познакомилась со специалистом, художником по янтарю, мастером своего дела? Боясь вспугнуть вспыхнувшую надежду, осторожно поинтересовалась:
— И сюда ты приехал за янтарём?
— Можно и так сказать. Захотелось хоть разок побывать у истоков. Думаю, ты меня поймёшь, раз сама интересуешься. Мне столько довелось наслышаться о потрясающих экземплярах фантастической красоты, кое-что и видел, дорогие они кошмарно, перекупщики капризничают и выкаблучиваются, как примадонны, рассказывают невероятные истории, ну я и разозлился. Дай, думаю, хоть разок погляжу своими глазами, узнаю, как все выглядит на самом деле. На тебя я случайно наткнулся. Вышел на пляж, везде люди, в ту сторону пошёл, потому что ветер в спину. Смотрю — девушка вытаскивает янтарь, не рыбу же, уж не такой я тёмный. А узнав тебя, обрадовался страшно.
Пропустив мимо ушей это «страшно», я поинтересовалась дрожащим от волнения голосом:
— Костик, неужели ты сам шлифуешь?
— Ну а как же иначе?
— Может, у тебя и полировальный барабан имеется?!
— Целых два. А что?
— Езус-Мария!
Немного совладав с чувствами, я принялась рассказывать ему о своих переживаниях, ведь полировальные барабаны издавна были для меня тайной за семью печатями.
— Понимаешь, я знаю только то, что главное — паста на растительном масле, а пастой вроде бы натираются войлочные круги… Нет, я не прошу раскрывать мне свои секреты, но хоть какие-то общие указания, какие-то сведения, которые всем известны, что-то самое простое, с чем и я бы справилась!
