Такой себя ещё не приходилось лицезреть. Все — волосы, брови, ресницы и декольте — было густо припудрено янтарной пылью, так что я выглядела как желтушное привидение. Смоется ли жёлтое безобразие обычной водой с мылом? Может, надо оттирать растительным маслом? Нет, скорее уж понадобится скипидар. Да где я его возьму, скипидар! Правда, есть мастика для пола, вроде на скипидаре, вымазаться мастикой?
Поразмыслив, мастику я отмела. Лицо и шею отмыла водой и мылом, волосы кое-как вычесала с помощью щётки, наверняка не стали чище, но пыль уже не так заметна. И похвалила себя — умница, сообразила переодеться в халат.
На встречу с Аней в кафе на Роздроже явилась секунда в секунду, все ещё подхихикивая при воспоминании об устроенной в квартире катастрофе.
Аня была удивлена и даже шокирована.
— А мне показалось, ты хотела поговорить о смерти Казика? — неуверенно поинтересовалась она. — Нет, не может быть, чтобы это тебя так смешило. Что-нибудь случилось?
— Вот именно! Я занялась шлифовкой!
— Чем?!
— Попыталась сделать предварительную шлифовку собранного своими руками янтаря. Да заодно и окончательную. И знаешь, что из этого получилось?
Поскольку Аня тоже любила янтарь, прошло не менее получаса, прежде чем мы обе оказались в состоянии приступить к деловому разговору.
Начала я издалека, нужно же было ввести подругу в курс дела. По мере того как я знакомила её со всеми происшествиями на Вислинской косе, на щеках Ани все ярче проступал румянец, а к концу повествования она даже дышать перестала.
— Так вот, когда ты мне рассказывала о смерти Пупсика, я обо всем этом ещё понятия не имела. Теперь же, сама понимаешь, хочу разобраться и понять, что же тогда происходило. Единственным человеком, который может внести ясность, я считаю вторую жену Пупсика. Ты ведь знаешь её?
— Потрясающе! — не могла опомниться Аня. — Фантастическая история! Что? Знаю, конечно, хотя в моих подругах она не числится.
— Что она вообще за человек?
— Что за человек?.. Пожалуй, не стану я темнить. Она такой человек, от которого всего можно ожидать.
— Значит, ты тоже сделала какие-то выводы для себя, — поняла я.
— А ты нет? Насколько я тебя знаю… Так вот, богатое состояние было его собственностью, а не её. Неожиданное богатство. И если он там был, сам никого не убивал, сам ничего не крал, а зато все видел, то речь может идти только об одном. Шантаж!
Я облегчённо вздохнула. Слово сказано!
— Рада, что это сказала ты, а не я. Не хотелось бы о покойнике нехорошо выражаться, хотя ничего другого мне в голову не приходило. Вопрос только в том, кто кого шантажировал?
— Конечно, он — убийц. Если тогда милиция и в самом деле не обнаружила никаких следов, то убийц должно быть не меньше двух. Не волокли, а несли трупы. А кроме того, крутился ещё этот, как его, красавец…
— Терличак.
— Терличак. И если он тебя на дух… если так отрицательно относится к тебе, наверняка пострадал. Прекрасный Терличак явно что-то потерял, безвозвратно, и теперь злится. Мне кажется, твой Казик их выследил. Тут следует вспомнить утопшего скупца, деньги которого исчезли таинственным образом. Логический вывод — заплатил шантажисту, то есть был причастен к преступлению.
— Ты полагаешь, те, что убили, они и янтарь украли?
— Полагаю, те самые. Но вывез его кто-то другой, ведь ни один из убийц в Варшаве не появлялся, судя по твоим выводам. Правильно я тебя поняла? А золотую муху в Варшаве видели.
— Правильно.
— На преступление негодяев мог толкнуть тот янтарный перекупщик, мог и сам участвовать в убийстве, но только Казик его не заметил… не заметил?
— Зато присвоил награбленное, — задумчиво закончила я, ибо в ушах звучали язвительные высказывания Терличака, словно он и сейчас стоял над моей головой. — Наказания за преступление они никакого не понесли, зато и пользы от него не получили, вынуждены были платить и платить… Ну и в конце концов решили отравить вымогателя, возможно через третьих лиц…
— Через того самого перекупщика, — уточнила Аня и допила чай.
Ох, не дай бог скажет — ей пора идти, а ещё столько невыясненного! И я поспешила предложить: закажем ещё что-нибудь, на выбор — кофе, сок, вино, коньяк? Подумав, Аня выбрала кофе и коньяк, решив, наверное, что столь потрясающая тема нуждается в подкреплении.
— Поразительно, как продуктивно мы с тобой общаемся, — удовлетворённо заметила я. — Ты так здорово все приводишь в порядок, раскладываешь по полочкам.
Аня спокойно отозвалась:
— Ты что, забыла, ведь это же моя профессия. Почитала бы ты столько следственных материалов и актов судопроизводства. Да я просто вынуждена логично рассуждать, даже если бы не хотела. Конечно, лучше всего было бы допросить лично всех этих людей, а так это лишь чистая теория, в нашем распоряжении не имеется никаких фактических доказательств…
И в самом деле, как же я позабыла, что разговариваю с судьёй? К тому же по уголовному судопроизводству. Пришлось сокрушённо признаться:
