Взяв из рук капрала записную книжку-календарик, капитан раскрыл её на нужной дате. Там было записано, наверняка шифром: 11 — 12 тел. Зен. 14 Л 17 араб 20.30 инд Я Хи Фл.
Перелистав странички назад, капитан почувствовал настоятельную необходимость расшифровать непонятную запись и решил сегодня же ночью заняться этим. Отобрал у капрала и телефонную книжку, может пригодиться. Посыпали обложки особым порошком, сняли все отпечатки пальцев, и капитан сунул обе книжки в свой портфель.
— Чертовски много янтаря, — деликатно заметил Роберт Гурский, выходя из спальни. — Везде навален, куда ни ткнись, а под кроватью так целый мешок. Причём необработанный, сырьё, я в этом разбираюсь, а хозяин его не обрабатывал, нет никаких приспособлений. Хобби?
— Может, лечился? — предположил капрал. — Я слышал, янтарь очень для здоровья полезный. Спал на нем…
— Неудобно на таком спать, — возразил подпоручик, — слишком большие куски.
Техник позвал капитана в кухню и продемонстрировал ему супницу, наполненную янтарными шариками разного размера. Подпоручик Гурский, чувствуя себя настоящим экспертом, авторитетно подтвердил — шарики из янтаря, прекрасно ошлифованного. Правда, на кой черт эти шарики покойнику, затруднился ответить.
— Ещё сегодня выявим всех, кого следует допросить, — распорядился капитан, — чем скорее, тем лучше. Начнём с соседей, завтра с самого утра остальных послушаем, пока ещё не все в курсе. Потороплю лабораторию с анализами, Весек… то есть, доктор Возняк тоже сможет что-то прояснить, но думаю, уже сейчас не ошибусь, если скажу — с шестнадцати до восемнадцати, вот это время нас интересует.
Мы собрались вечерком у меня, — можно сказать, частная следственная бригада. Костика тоже ввели в курс дела. Аня докладывала о полученных по блату сведениях, остальные с интересом внимали, попивая лёгкие алкогольные напитки.
У покойного обнаружен перелом основания черепа. Падая, он врезался лицом в упомянутые уже каминные причиндалы и от этого посмертно выглядел не очень красиво. Его сняли с причиндалов, положили на пол лицом вверх и оставили в покое. По всей вероятности, это сделал невольный убийца. Франтишек Лежал расстался с жизнью приблизительно за два часа до того, как им занялся полицейский медик, из чего следует, что мы с Данусей прибыли всего через четверть часа после прискорбного события. Данусин человек едва не столкнулся с полицией, ещё повезло ему, что успел дать деру, я чересчур поспешила со своим доносом, надо было человеку оставить больше времени.
Сам себе основание черепа покойник переломить не сумел бы, кто-то должен был это сделать. Следствием выявлено большое количество отпечатков пальцев. Идентифицированы отпечатки покойного, двух баб, причём одной из них чрезвычайно многочисленные и в таких местах, что никаких сомнений — уборщица. Далее следовали пальчики свежего мужчины и четырех более ранних, но самые интересные — следы перчатки, тоже свежие, скорее мужские, чем женские, правда, к сожалению, резиновые, что исключало всякую возможность идентификации:
Ничто не указывало ни на грабёж, ни на кражу. При убитом найден бумажник целёхонький, в ящиках письменного стола полно валюты, в квартире огромные запасы великолепного янтаря. Исчезла лишь бутылка из разгромленного бара, микроследы говорили о том, что совсем недавно ещё стояла там, и три бокала. Полиция не поленилась, сложила осколки разбитых бокалов, выяснилось — трех не хватает.
Я недобрым словом помянула треклятые микроследы. Надо было вытереть пыль мокрой тряпкой, в Варшаве такой ужасный смог, что пыль, вытертая сухой тряпкой, возвращается на своё место уже через минуту.
— Думаю, свежий след — индуса, — перебила я Анин доклад. — Он там за все хватался, а мне некогда было за ним вытирать. Наверняка индуса вычислят.
— А перчатки — убийцы, — тоже высказала предположение Дануся, с головой погрузившись в расследование.
Аня подтвердила наши догадки.
— Полиция тоже так считает. Послушайте, вы хоть отдаёте себе отчёт, на какое служебное преступление я пошла ради вас? Первый раз в жизни…
— Ты не волнуйся, в случае чего я тебя скрою, — заверила я её.
— Когда-то же должен быть первый раз, — успокоил Аню Костик. — И побуждения самые что ни на есть благородные, ведь впоследствии мы можем помочь расследованию.
— Пока что вы его всячески затрудняете, — безжалостно отрезала Аня и продолжила отчёт.
Бумаг в квартире покойного, судя по всему, никто не трогал, а среди них оказались записная книжка и блокнот с адресами и датами всевозможных встреч, весьма и весьма интересные. Капитан, возглавивший расследование, очень скоро убедился, что большинство знакомых погибшего были людьми, так или иначе связанными с янтарём: рыбаки, художники, ювелиры, резчики, перекупщики, торговцы наши и иностранные, в том числе несколько лиц на очень высоких должностях. И ещё парочка таинственных дам и немного иностранцев неизвестного профиля. В том числе и этот идиот индус. К счастью, его затмил японец, встречающийся в блокноте гораздо чаще, некий Хикимото Яцуко.
