Агата стояла не шевелясь, в оцепенении, отстранённо отмечая, как зашевелились пираты, как на лицах команды «Дикарки» за ожесточением мелькает надежда, как её собственное заполошно бьющееся сердце замедляется, выравнивается дыхание.
Она стояла напряжённая, как струна, пытаясь понять, что будет дальше. Береговая охрана – это ведь хорошо? Они арестуют пиратов, больше никто не погибнет. И Вильхельм получит по заслугам. Вот только?
– Думаете обменять меня на свободу, – вскинулась она, делая попытку отойти в сторону.
– Сообразительная рыбка, – шепнул ей на ухо Вильхельм, его пальцы больно сжали бедро.
Корабль качнуло в очередной раз, два корабля состыковались бортами. Споро перекинули сходни, и на корабль, словно чёрные тени, ловко перебрались с два десятка человек. Смуглые лица, бесстрастные взгляды, они неуловимо быстро рассредоточились по палубе и замерли, ожидая, пока высокий мужчина в сопровождении уже знакомого Агате посла Хайрата ибн Али неторопливо приблизится к ним.
Прибывший мужчина казался спасением – полное добродушное лицо, тёмные проницательные глаза, круглые, похожие на спелые вишни. Он бесстрастно оглядел окровавленную палубу, скользнул по её лицу, задержавшись взглядом лишь на мгновение – слегка нахмурился, заметив, что Вильхельм прижимает Агату к себе. Она снова дёрнулась и успела уловить едва заметный кивок, адресованный Хайрату.
– Как вовремя вы прибыли! Рад приветствовать вас на своём корабле, господин Акрам али Асад! – голос Вильхельма сочился доброжелательностью. – Да будут ваши дни светлы, как солнце в этих краях.
Агата дёрнулась, не в силах сдержать изумление и шок. На своём корабле?! Жёсткие пальцы больно впились ей в бедро, а магия хлестнула болью по всему телу.
– Мир вам, добро пожаловать на берега, – всё так же без эмоций кивнул Акрам али Асад, произнося слова с сильным акцентом. – С кем имею честь?
– Капитан Джонотан ди Арс, – проговорил Вильхельм. – Вы прибыли вовремя: моя команда храбро сражалась, и я рад передать в руки правосудия этого пирата.
Он резко толкнул Джонотана вперёд. Агата дёрнулась было к нему, но Вильхельм удержал её крепко и своим даром сковал тело. А Джонотан в последний момент стряхнул с себя гнетущую его магию и успел подставить руки, чтобы не разбить лицо о палубу.
– Он лжёт! – голос прозвучал хрипло, но поднялся на ноги Джонотан медленно и уверенно. – Джонотан ди Арс – это я, а он – пиратский подонок, дважды напавший на наши суда. Вся команда подтвердит вам это.
Агата почувствовала, как всё плывёт перед глазами от облегчения: он в порядке! Они все теперь будут в порядке. Отец жив, Джонотан, её Джонни, – тоже, и ничего непоправимого не успело случиться. А Вильхельм, хоть и пытается пойти напролом, получит по заслугам. Она вырвалась из рук Вильхельма, желая встать рядом с Джонотаном, но пират перехватил её за запястье и дёрнул на себя.
– Как легко обвинить невиновного, не правда ли? – проговорил Вильхельм, криво улыбнувшись. – Чего не скажешь, чтобы спасти свою паршивую шкуру! Я рисковал жизнью, чтобы спасти эту девушку и её отца из его рук.
Вильхельм почти нежно отвёл с лица застывшей Агаты выбившиеся из косы волосы. Блеснули на ослепительном солнце многочисленные перстни на его пальцах. Прядь волос зацепилась за один из браслетов, и Агата поморщилась от боли, когда Вильхельм убрал руку.
Терпеть эту отвратительную ложь было невыносимо, но она с ужасом чувствовала, что не может толком шевелиться. Почему его ещё кто-то слушает!
– Господин Хайрат! – напрягшись изо всех сил, она обратилась к знакомому послу: – Вы же знаете, что этот человек врёт! Вы же были на приёме!
– Видите? – проговорил Вильхельм, впиваясь пальцами ей в руку, а другой указал на Джонотана. – Он влиял на неё магией и заставлял смотреть, как пытает её отца! Бедняжка напугана и не понимает, что говорит. Велите привести кириоса ди Эмери, он был без сознания после пыток, но думаю, мой доктор уже привёл его в чувство, и кириос сможет подтвердить мои слова.
Что он сделал с ним, раз надеется, что отец оправдает лжеца?!
– Раз в деле замешана магия… – Хайрат начал неторопливо прохаживаться перед ними, пока его вооружённые люди оцепили весь корабль. Говорил он на энарийском гораздо лучше, чем начальник береговой охраны, почти чисто, – то мы не можем судить вас прямо здесь. Господин Акрам али Асад, пусть же лучшие ваши паладины заберут всех на берег и обезвредят на время всех одарённых. Мы обязательно выясним, в чём тут дело, и очистим прибрежные воды Шарракума от гнусных разбойников. А пока мы с госпожой ди Эмери, – он протянул Агате ладонь и требовательно потянул к себе, – отправимся во дворец, как и было оговорено.
Агата бросила быстрый взгляд на Джонотана, который из последних сил стоял на ногах, но яростно сверлил пирата взглядом. Вильхельм, подчиняясь Хайрату и его внушительной силе в сотню таинственных воинов в чёрном, неохотно выпустил её из своей хватки.
