– Посиди тут и хорошенько подумай о своем поведении! – громко и строго сказал Валентин, стоя на пороге огромной комнаты, в которую привел Теону. Он хитро улыбнулся и прищурил правый глаз, а потом добавил шепотом: – Орс вредный, но отходчивый. Дай ему время. Я приду за тобой перед ужином, а сейчас не пугайся, пожалуйста. – С этими словами он со всей силы хлопнул дверью так, что стеклянные бутыльки, стоявшие возле ванны, затряслись и попадали набок. – Какая негодяйка! – послышалось за дверью очередное фальшивое проклятие, а потом Белый вновь заглянул в комнату и добавил, прищуривая глаз: – Запирать я тебя не буду, но не сбегай, ладно?
– Куда же я сбегу? – растерявшись, ответила Теона.
– Ну, знаешь… ключей от жизни нет, но и замки никто не вешал, так что все может быть.
Он снова загадочно улыбнулся ей и исчез.
Теона наконец-то осталась одна. Как в тумане, она села на краешек кровати с высоким белым балдахином и закрыла лицо руками. Что она могла предпринять, сидя взаперти странного дома? Что решат боги и увидит ли она свою семью и Бона снова? Ей хотелось плакать. Что еще оставалось делать в такой ситуации? Но та странная сила внутри, которую она почувствовала, стоя перед Великими, не давала расклеиться, убеждая, что все будет хорошо, что она со всем справится и сможет решить эту новую, подкинутую судьбой головоломку.
– Ну ладно, – сказала Теона себе и своим новым ощущениям, – делаем то, что можем, там, где оказались.
Она огляделась по сторонам. В ее распоряжении была целая ванна горячей воды, которая появилась из ниоткуда – очевидно, за это ей надо было благодарить Валентина. На стуле рядом с ванной лежало чистое платье. Но главное, ей великодушно дали возможность побыть одной и перестали кричать и требовать от нее ответов. Теона взяла ножницы со столика и начала разрезать на себе рваные лохмотья наряда Ткачихи. Лоскуты синего бархата падали на пол как последние символы оставленного позади пути.
В стене напротив кровати Теона увидела камин, в котором пылал странный белый огонь. Ей на миг показалось, что в нем искрятся и сгорают звезды, но она отмахнулась от этих мыслей – от камина шло приятное тепло, а она так измучилась, что сейчас ей были безразличны чудеса Дома-без-границ, хотелось лишь согреться и смыть с себя остатки страшной ночи.
Девушка собрала в охапку разрезанное на части платье и поднесла к камину. Глубоко вздохнув, она решилась и закинула расшитый серебром бархат в топку. Ткань засверкала и начала таять у нее на глазах. Теона постояла рядом, смотря, как ее прошлое превращается в пепел, прошла к ванне и с удовольствием погрузилась в обжигающе-горячую воду.
– О́ни, я ничего не понимаю, – честно признался Бон, все еще не сводя глаз с Великого Белого, стоящего напротив.
– А я предупреждал, что надо ему все рассказать, – ехидно заметил Валентин.
– А я предупреждала, что это мои дела, – вновь огрызнулась на Белого Теона и повернулась к Бону: – Я не успела тебе все объяснить. Давайте зайдем в дом и поговорим?
– Белочка, у нас тут нарисовались проблемы. Расклад такой: мы сейчас быстренько идем домой, а когда вернешься, все-все расскажешь своему другу королю.
– Ее дом здесь! – не дожидаясь ответа Теоны, закричал Бон, снова хватая девушку за руку. – И она никуда не пойдет!
– Ну, скажем так, это не тебе решать, малыш, – спокойно ответил Белый.
– И уж точно не тебе! – еще больше разгорячился Бон.
– А ну прекратите оба! – не выдержала Теона, рассерженно топая ногой. – Ведете себя как дети, которые не могут поделить игрушку! Бон, если Он здесь, то значит, дело важное, – обратилась она к королю, не снижая напряжения в голосе. – Тин, веди себя, пожалуйста, нормально, зачем ты его провоцируешь?!
Пристыженный Белый выставил вперед ладони, показывая, что сдается. Бон чуть потупил взгляд, но извиняться не стал.
– Дорогая Теона, я прибыл с официальным визитом, как представитель… – начал уже в другом тоне Белый и запнулся. – Представитель… себя же. Чтобы просить твоей помощи с одним важным делом. В мире, похоже, намечается какой-то кавардак. Книга Времени, которая, как мы знаем и одновременно не знаем почему, слушается только тебя, а сейчас и вовсе слушаться перестала… Фонтан ведет себя как попало, а Орсон уверен, что часы начали идти быстрее, но это, впрочем, может оказаться просто его паранойей. Поэтому, о моя любительница отменять чужие заклинания, оба Великих, одним из которых, как мы помним, являюсь я, нижайше просят тебя вернуться домой, угомонить Книгу и обуздать странный ветер, который теперь рвется из нее и разносит нам игровую, – закончил он с серьезной миной, но потом не выдержал и добавил, вновь выдав фирменную ухмылку: – Так лучше?
Теона закатила глаза. Валентин, в отличие от брата, вообще не умел быть строгим. Одной из самых больших загадок для нее оставалось, как такой лоботряс умудрился очаровать саму Хрустальную Леди.
– Да, Тин, так намного лучше, спасибо, – отвесила ему Теона шуточный поклон. – Так что случилось?
