В полном соответствии с этим находится и "судьба" этих различных групп. Основная масса трудящихся кочевого скотоводческого хозяйства, эксплуатируемого в оболочке рода, носит имя хаracu. Б. Я. Владимирцов ставит вопрос: имел ли хаrасu, т. е. черный, простой народ, к личном владении скот, который является основой кочевого хозяйства. По словам Рашид-ад-дина, "человек простой, т. е. из черни, если будет жаден к питью вина, покончит лошадь, стадо и все свое имущество и станет нищий". Xaracu владеет скотом, орудиями труда, живет и ведет хозяйство аилом, но пастбищем пользуется, целиком завися от воли и распоряжений того, кто в рамках рода является собственником условий производства (baatur, secen, merger и вообще нойон). В отношении к нему и несет хаrасu свои повинности, которые в условиях кочевого общества выражаются, по словам Б. Я. Владимирцова, "в предоставлении мелкого скота на убой и и отправлении в ставки феодалов на срок известного количества, дойных животных, главным образом кобылиц, чтобы в ставках могли пользоваться их молоком". Б. Я. Владимирцов склонен феодальные отношения, вполне сложившиеся, видеть уже в монгольском обществе еще до образования в нем государства во главе с Чингис-ханом. Эти отношения тогда еще только начинали складываться и полное развитие получили лишь в XIII в., в период Монгольской империи, когда в состав последней вошли завоеванные страны с развитыми феодальными общественными отношениями.
Не малое место в монгольском обществе занимали рабы, добываемые на войне как внутри самой Монголии, так и за ее пределами. "Можно подумать, пишет Б. Я. Владимирцов, — что последние (рабы, — А. Я.) в большинстве случаев переходили, если не сразу, то по прошествии некоторого времени, например, во втором поколении, на положение вассалов, bogol, unagan bogol и переставали отличаться от простых людей, харачу, иногда они подымались и выше".[60] С unagan bogol не следует смешивать тех, которых называют по-монгольски nоkоd, в единственном числе nоkоr, что в переводе значит "друзья", "друг". Nоkоr, nоkоd — в полном смысле этого слова дружина, напоминающая древнегерманскую или древнерусскую дружину.
Из какого класса выходят эти nоkоr, какова их служба своему господину, каково их положение и какова, наконец, роль, которую они играют в монгольском феодальном обществе? На все эти вопросы мы находим вполне исчерпывающие ответы в труде Б. Я. Владимирцова. Прежде всего основные кадры nоkоr — выходцы из господствующего класса, однако в их состав могли входить и люди простого происхождения. По большей части они сами избирали себе нойона, которому решили служить по устному договору. Да и договор, сопровождаемый "присягой", или "клятвой", напоминает hommagium. Иногда родители с детства определяют своих сыновей в nоkоr какого-нибудь кочевого нойона. "Сокровенное сказание", этот замечательный памятник XIII в., где в форме и красках "эпического" сказания даны главные события сложения Чингисова государства, дает очень интересную иллюстрацию к тому случаю, когда родители определяют своих сыновей в nоkоr. "По возвращении Темучжиня[61] домой пришел к нему от горы Бурхань старик Чжарчиудай с кузнечным мехом за плечами и ведя с собой сына, по имени Чжелме, и сказал ему: "Когда ты родился в урочище Делиунь-болдаха, я подарил тебе пеленку, подбитую соболем, и отдал тебе сына моего Чжелме, но как он был еще молод, то я взял его к себе и воспитал. Теперь отдаю его тебе; пусть он седлает тебе коня и отворяет дверь"".[62]
Nоkоr, nоkоd — дружина монгольского нойона — выполнила почетную службу при нем. Она ходила с ним на охоту, которая занимала важное место в хозяйстве монгола, билась с ним при набегах, которые часто происходили внутри самой
Монголии и на границах с оседлыми странами, служила ему охраной, участвовала в пирах, принимала участие советом в важных решениях и т. д. Для Чингис-хана, как это мы увидим ниже, nоkоr, nоkоd — это те кадры, из которых он черпал весь командный: состав военного и гражданского управления при образовании империи. В "Сокровенном сказании" дан яркий образ nоkоr, nоkоd. Некто спросил у Джамухи (главный противник Чиигиса): "Кто эти, преследующие наших, как волки, когда они гонятся за стадом овец до самой овчарни?". Джамуха ответил: "Это четыре пса моего Темучжиня, вскормленные человечьим мясом; он привязал их на железную цепь; у этих псов медные лбы, высеченные зубы, шилообразные языки, железные сердца. Вместо конской плетки у них кривые сабли. Они пьют росу, ездят по ветру; в боях пожирают человечье мясо. Теперь они спущены с цепи; у них текут слюни; они радуются. Эти четыре пса: Чжебе, Хубилай, Чжелме и Субадей".[63]
С первым и последним из них ознакомились хорошо жители Ирана, Кавказа и юго-восточной Европы. Джебе и Субэдей были как раз во главе того войска, которое разбило русских и половцев в битве при Калке в 1223 г.
