Да, они боялись наказующих, но понимали, почему им не доверяют. Потому страх не перерос в ненависть. Им дали понять, что их примут в свой круг, в семью корпуса, если они докажут, что достойны, и они доказали. Вот только теперь все это может полететь в мрачный Тартар из-за глупостей маленькой вредной девчонки, нянчась с которой они, страшные и всемогущие, допустили столько глупых обидных просчетов!
Лана вздохнула и вышла к одноэтажному домику зеленого цвета. Бросила взгляд на шестую иконку — все пять дежурящих синих точек были на месте, как и одна зеленая. Больше в доме никого не наблюдалось, даже слуг. Вот и славно!
Девчонки заблаговременно открыли дверь — молодцы, службу несут. Впрочем, иного от них она и не ждала, королевский дворец — не вольная Ямайка, где ей за всеми приходилось следить и раздавать пендали. Девчонки, ни разу не бывавшие на голубой планете, ни разу не видевшие море, песок, небо и не вдыхавшие свежий морской воздух, ошалели тогда от переполняющих эмоций. Ей стоило огромного труда привести их в чувство, тем более, что самой хотелось сойти с ума не меньше. Тогда спасли только воля и железная дисциплина. Здесь же, под боком у ее величества, все вернулось на круги своя, несмотря на точно такой же воздух, такое же жаркое солнце и виднеющуюся вдали полосу прибоя.
— Привет, — бегло бросила она, без стука зайдя в комнату к нулевому объекту и завалившись в кресло, закинув обутые в латные сапоги ноги одну на другую. Руки нервно теребили защелку к батарейке винтовки. Бэль сидела в противоположном конце комнаты, бледная, отощавшая, с желтоватым оттенком на лице и кругами под глазами, и делала вид, что все игнорирует. Наконец, тяжело вздохнув, с усилием выдавила:
— Ну, привет!
«Как вы все меня достали!» — прочла Лана в ее голосе. «Мне и так плохо, а тут вы еще лезете со своими нотациями!»
Снайпер Второй Национально-Освободительной армии Марса внутри нее почувствовал злость. Лана редко чувствовала себя им: прошлое не сразу, не без проблем, но отпустило ее, ушло. Но сейчас она ощутила себя как тогда — злым волчонком с винтовкой в руке, готовым пристрелить любого, кто скажет слово против.
Ну, держись сучка! Хватит, нанянчились! Волчонок понял, как надо говорить с ней. И что по-другому говорить не получится.
— А что это мы такие грустные? А что это сидим, ничего не едим? — оскалилась вдруг она, добавляя в голос как можно больше ехидства. — А, поняла! Жалеем себя! Кто ж нас, бедную и разнесчастную, еще пожалеет?
— Издеваться пришла, да? — вспыхнула Бэль, сыпля из глаз недовольными искрами. — Можешь не утруждать себя, я все сказала. Ничего не буду есть, пока меня не отправят назад, на Венеру!
— Конечно, все должны нас жалеть! — продолжила Лана, не обращая на выпад внимания. — И любить. Обязательно любить! Просто потому, что мы есть на белом свете. Мы же такие хорошие и добрые девочки, как нас можно не любить?
— Заткнись! — лицо Бэль налилось яростью.
— И не подумаю! А знаешь, почему?
Пауза.
— Потому, что ты — разбалованная дрянь, которая ни во что не ставит других, но требует к себе повышенного внимания!
Бэль опешила от такого, затем усмехнулась:
— Ты за этим пришла? Сказать это?
— Да. — Лана почувствовала, что заводится. Что не есть хорошо. — Сегодня моя очередь говорить все, что хочется.
А хочется сказать, что ты — подлая сука, которая не ценит хорошего к себе отношения. Подставляет людей, в том числе близких. Ты наглая тварь, которая говорит в лицо одно, а на самом деле делает другое. И все потому, что твое императорское величество хочет привлечь к себе лишнее внимание, стать центром вселенной! Как же так, сама Бэль, и обычная девчонка? Этого не может быть!
Лана сделала паузу, набирая в легкие воздух.
— Мы устали от тебя и твоих понтов. С завтрашнего дня у тебя будут новые няньки. Мы от тебя отказываемся, я пришла за этим, сказать это тебе в лицо. Ты довольна?
Молчание. Бэль недоуменно уставилась на нее, пыталась переварить услышанное.
— Но вы не можете отказаться! У вас приказ!..
— А кто нас заставит его выполнять, если мы не захотим?
Челюсть девчонки отвисла, и не только у нее. Действительно, все рвутся стать хранителями, это заветная мечта любой девчонки в корпусе. До сего дня. А что, если, правда, случится наоборот? Как заставить человека делать то, чего он не хочет, тем более, когда дело касается безопасности лица королевской крови?
— Вас расстреляют, — неуверенно подала голос Бэль. — Вас же приставили ко мне, как… Как…
— Как нянек, вытирать тебе нос и подтирать задницу! — резко бросила Лана и кожей ощутила, как вспотели онемевшие от такого поворота девчонки, все, как одна, наблюдающие за сценой по шестому каналу.
Она расслабилась и улыбнулась, совладав, наконец, с эмоциями:
