Коридоры, коридоры, коридоры. Лестницы. Бесконечность подземелий и переходов. И в этой бесконечности я, ковыляющий при помощи палок, отставив чуть вперед левую ногу. И девчонки навстречу: десятки, сотни улыбающихся мордашек! Ирония на их лицах, смешки, сочувствие, заинтересованность. Только сейчас я понял, как хорошо, что у меня под мышками пластиковый костыли: я прятался за них от любопытных глаз. Можно сказать, мне повезло с «приземлением»: не травмируй я коленку, да не усугуби травму рывком за гранью возможного, не представляю, как выдержал бы это. А еще помогала Кассандра. Нацепив на лицо зверское выражение, она вышагивала рядом, отпугивая всех, кто приближался слишком близко. Догадываюсь, чья это инструкция, и хоть за что-то можно сказать Катарине честное «спасибо».
Возле гермозатвора с номером «13» нас ждали. Трое девочек младшего возраста в типовых, как я теперь понимаю, для «зелени», трико. Кассандра остановилась и ткнула в плечо:
— Иди. Я подожду.
Я заковылял дальше. Девочки, увидев меня, тоже двинулись навстречу.
— Привет. — Я улыбнулся им. На их лицах проступило смущение.
— Мы пойдем. — Ту, что в центре похлопала по плечу та, что справа, затем обе крайние, оглядываясь, ретировались в противоположную сторону коридора. Та, что осталась (я не помнил ее прозвища, хотя Катарина вроде бы называла его) крепилась, блымала глазами, но стояла твердо. Наконец, выдавила ответное:
— Привет…
Но как-то грустно выдавила. И опустила глаза.
— Как ты? Идешь на поправку? — Я решил не давить и попытался создать максимально доверительную атмосферу.
Она кивнула.
— Да. Почти восстановилась. Еще немного, и наберу прежнюю форму.
— Но у тебя же двойной перелом был?
Она неопределенно пожала плечами.
— У нас здесь все быстро заживает. Спасибо тебе!..
Последние слова сопровождались эмоциональным взрывом, девчонка аж задрожала. На ум пришел порыв податься вперед и обнять ее, но я не стал делать этого — ответную реакцию на такое предсказать сложно.
— Спасибо за то, что сделал!
— Да я, в общем, ничего и не сделал… И делать не умею, — начал оправдываться я, ведь на самом деле так и было. — Я ноль в медицине. Да и бросился к тебе… Верхами!..
— Ты пришел, первый, когда было нужно, — возразила она. — Показал, что тебе не все равно. Мои девчонки не пришли, а ты пришел. Это много…
— Хуан, — подсказал я.
— Это много, Хуан. Спасибо тебе!
Напряжение между нами растаяло. Она залезла в карман и протянула мне цепочку с кулоном, точнее подвеской. Обычную металлическую цепочку с обычной металлической искусно сделанной птицей. Я взял в руки, рассмотрел. Красиво!
— Что это? И кто это?
— Это феникс. Знак нашего взвода. Мы знали, что ты появишься здесь, и заказали его для тебя. А потом ждали. Ты не мог не появиться.
Последнее утверждение я оставил без комментариев.
— А для чего он?
Девушка замялась.
— Если будет нужда, надо будет помочь в чем-то серьезном, кликни любую из нас, и мы поможем. Всегда. Как будто ты один из нас. Мы так решили. — Она протянула руку к моей ладони и сжала ее, зажимая феникса в ней. — Спасибо!..
Я чувствовал, что происходящее — часть какого-то важного ритуала, но не знал, какого, и не знал, как реагировать.
— Мне надо идти… — Она снова взглянула испуганным волчонком. Я пожал плечами.
— Иди. Увидимся еще?
Она кивнула. После чего развернулась и быстро-быстро зашагала прочь.
— Тотем? — раздался голос Кассандры за спиной.
— Чего?
— Я говорю, они дали тебе свой тотем?
И глядя на мое недоуменное лицо, усмехнулась:
— Хуан, у всех нас, у каждого взвода, есть свой хранитель, свой тотем. Это символ, знак единства. Тотемы делают штучно, по количеству членов взвода, и именно он является отличительным знаком одного взвода от другого. Даже если тебя кинут после в другой, связь со своим у тебя все равно остается, навсегда.
— Да, они приняли тебя в свой взвод, — подтвердила она возникшую в голове мысль. — И теперь, если с тобой что-то случится, они обязаны помочь тебе. Поздравляю, Ангелито! — Она похлопала меня по плечу, но я так и не понял, чего было больше в ее голосе, иронии или серьезности.
— Но я ведь ничего не сделал! Да, прибежал, но…
— Потом поймешь. Это их решение, и тебе оказали огромную честь. Цени!
Я счел за лучшее вести себя как обычно, попытавшись для начала разобраться в царящих здесь порядках. Языческие символы вкупе с феодальной традицией и жесточайшим механизмом подчинения боевого ордена? Пока что для моих мозгов это чересчур.
Гермозатвор каюты номер «13» (помещения, отведенные под жилую часть, как сказала Кассандра, называют здесь каютами. Почему — затруднилась ответить) уехал вверх, мы вошли.
Да, так и есть, все были на месте.
