Я, конечно, держал удар, но моя жена Лариса серьёзно заболела от переживаний и действий следственных органов. Её лечение требовало серьёзных денежных затрат. Не буду вдаваться в подробности, но скажу вот о чём: Лариса с тяжелейшим диагнозом лежала в хирургическом отделении уже 7 суток в коме, это было её девятое посещение за три года только нашей больницы. Все хирурги, как сговорились, объявили мне: всё, Владимир Петрович, медицина бессильна. Даже старший сын и дочь, и те уже меня успокаивали и готовили к худшему. Я вышел из больницы, и вдруг у меня перед глазами предстала Урсения и как бы подтолкнула меня к действиям. Я вернулся в палату – там лежало 6 женщин, все, кроме одной, начали на словах хоронить мою жену и т. д. Я, как во сне, достал из тумбочки настойку элеутерококка и влил сразу три ложки жене в рот. Лариса встрепенулась, я ушёл. Утром на лестнице меня встретили две медсестры и объявили, что у моей жены давление 120/80, то есть такого давления за эти годы у неё практически никогда не было. Я пришёл вовремя – около Ларисы сидел хирург и спрашивал о её состоянии. Она сразу спросила, как она оказалась здесь. Я ответил, что мы её привезли из дома, когда у неё началось внутреннее кровотечение в желудке. „Нет, – ответила она. – Здесь всё чёрное и зелёное, а там всё голубое и золотое“. И начала рассказывать, как она была перед Золотой стеной, как её встретили сначала трое в белых одеждах, а потом трое в коричневых, как она бежала по дорожке, причём ощущение было такое, что если она остановится, то её заберут „коричневые – плохие“. Бежала она по золотому песку, впереди неё – женщина, а потом она оказалась на кровати в больнице. Слушая её, я понял, кто ей помог вернуться оттуда. Буквально через несколько часов её как бы замкнуло, она даже не хотела говорить о том, о чём она рассказала после выхода из комы, и пару дней боялась засыпать без света. Быстро пошла на поправку, а вот четыре женщины, которые её „хоронили“, на её глазах умерли в палате, осталась одна, которая, наоборот, говорила в её поддержку. Тогда я всё понял – Урсения дала ей шанс ещё пожить год, а меня через месяц осудили…
Рассказываю я вам это, чтобы люди, прочитав всё это, думали об окружающих, о своих близких, да и вообще о людях, о своём месте в этой жизни. Тем более что сейчас такое ощущение, что государство заинтересовано, чтобы человек дожил до пенсионного возраста и сразу умер, чтобы ему не платить пенсию.
Посмотрите, чуть ли не каждую неделю по телевизору показывают больного ребёнка, мол, нужны большие деньги на его лечение, люди добрые, помогите кто чем может. А где государство? А где правители этого государства, если у них дети умирают? Мол, нет денег! Чушь! Хотите пример? Только в нашей Лиде и районе ежемесячно умирает от 120 до 130 человек, 70 % из них – пенсионеры. Вопрос, а сколько таких по республике? А ведь если бы они жили, государство вынуждено было бы им платить пенсию, так дайте из этих средств шанс выжить этим детям! Куда там, лучше себе зарплату повысить! Правильно простые люди говорят – утеряна совесть напрочь! На словах – забота о людях, а на деле…
Теперь вернусь к Готовко. В последнем разговоре Роман Иосифович сказал, что во сне он увидел женщину, которая подтолкнула его к этой беседе со мной, и что он теперь точно знает, что там есть мир Иной! После его ухода я понял, что это была Урсения.
Что ещё хочется сказать. Ведь у Консула в жизни тоже не всё идёт гладко. Зло, оно ведь чувствует, кто с ним может бороться, поэтому и атакует со всех сторон! Вот я и получил надуманные штрафы, различные санкции, как говорят в народе, поимели все – и завод, и государство, и налоговая, и ОБЭП. Успокаивает то, что, как говорила Урсения, все, кто будет строить козни против нас (меня и Консула), будут наказаны ещё при жизни, а там, в мире Ином, тем более! В этом мы с Консулом уже не раз убедились, каждый на своём месте».
Кардинал немного задумался и продолжил. «А знаете, я, на месте президента страны, присвоил бы Готовко Р. И. звание Героя Беларуси. Посмотрите на поля, что вы там видите? Сеялки, комбайны, посевные агрегаты и др. Даже „Гомсельмашевский“ комбайн – это практически „слизанная“ с „Лида-1300“ машина, только дверцу водителя комбайна перекинули слева направо. Бог с ними! Чем больше у нас будет мирных машин на полях, тем лучше для людей. Вот только людям, наделённым государственной властью, надо правильно оценивать работающих людей, а не наоборот: талантливых – задвигать, а плодами трудов их самим пользоваться. Здесь, на Земле, можно быть и фальшивым героем, а там, по делам своим, – „каторжником на золотых копях“! Помнить надо об этом, люди!