- А так оно и было, что не хотел король Моран дочь свою за чужака-пришельца отдавать, и так и эдак выворачивался, а потом и говорит: "Вот ежели ты, Лавен, насыпешь гору золота в устье Нержеля, да такую, чтобы остров получился, отдам за тебя Невену". А Невену недаром потом святой прозвали, была она хоть и молода годами, но умна и дальновидна, и сказала она Морану: "Жадность никогда до добра не доводила, мой король и мой отец. Сам Господь Бог желает, чтобы стала я спутницей и женой Лавена Странника, не гневи Господа, не иди супротив Его воли, не требуй выкупа за невесту больше должного". Но старый Моран был жаднее тысячи ваденжан, и не послушал мудрую дочь. Открыл тогда Лавен трюмы своих кораблей, да и ссыпал в Нержель все золото, что королева дролери дала ему в награду за помощь. Получилась золотая гора посередь реки. Только не успел старый Моран ни монетки из нее забрать. Как и предсказывала святая Невена, прогневался Господь. Грянул гром, затряслась земля - и взошли вокруг золотой горы каменные скалы, и заперли золото внутри себя. А святая Невена вызвала из моря дракона и посадила его внутри скалы, чтобы дуракам всяким не вздумалось скалу курочить и золото добывать. Вот откуда в Стеклянной Башне клад, господин Пепел. От самого Лавена Странника остался.
- Не складывается, Хелд, - сказала я. - Две легенды у Стеклянной Башни, и друг другу они противоречат. Где, по-твоему, стоял маяк, с которого святая Невена светила огнем лавеновским кораблям? Он ведь так и называется "Стеклянная Башня", что на нем, на этом острове, тот самый маяк и стоял. И стоял он там до того, как Странник Невену в жены взял.
- А ведь верно... - задумался Хелд. - Тогда откуда ж там клад?
- Логично предположить, что золото оказалось там уже хорошо после истории с Лавеном, правда?
- Погоди, ты про Проклятого Колдуна, что ли, который маяк развалил? Так разве он не за золотом туда лазал и с драконом сцепился, что они там камня на камне не оставили?
Я почесала в голове. Рассказывать про Изгнанника было как-то невместно, тем более, я сама не слишком много про эту историю знала.
- Как бы то ни было, Хелд, золото это не волшебное, а самое обыкновенное, человеческое. Драконидское, в основном. Ты же сам его видел, а если снести его к хорошему оценщику, он нам точно скажет, чей монетный двор и когда чеканил эти деньги.
- Так чьи же они тогда, деньги эти?
- Наши теперь, - засмеялась я. - Только больше я в пещеру ту не полезу. Страшно там, под водой. Застрять в два счета можно.
- И не лазь, - заговорил молчавший доселе Пепел. - Хватит того что есть с избытком. Правда, Хелд?
- А и правда. Мороки от него выше крыши. Мож, оно и впрямь Проклятым Колдуном припрятано, и само проклято?
- Кто его знает... - Я пожала плечами.
Разговор пресекся. Я усиленно жевала, Хелд посасывал винишко, Пепел просто сидел, сложа руки, и смотрел на огонь. Меня беспокоил Кукушонок. Как он там, один на темном берегу? Ему же идти некуда, а я так и не вернулась... Еще наделает глупостей...
Я облизала с пальцев куриный жир.
- Слушай, Пепел, а ты-то как в трактире оказался?
Он перевел взгляд на меня и улыбнулся мягко. Лицо его терялось в тени, только руки были освещены - красивые беспокойные руки, правда, малость иссохшие то ли от худобы, то ли от болезни, и опять не слишком чистые. Правда, мои руки сейчас тоже чистотой не блистали.
Я отломила хлеба, уже не столько ради еды, сколько желая обтереть приставучий жир.
- Скажешь - случайно?
Он опустил глаза:
- Не совсем. Скажу лучше, что искал тебя. Знал, что ты в городе.
Я вспомнила принцессу Мораг. И спросила с легким раздражением, как и она:
- Ты что, следишь за мной?
- Да, - сказал он просто.
Я не нашлась что ответить. Зато возмутился Хелд:
- А что тебе наша девочка далась, господин хороший? Виды на ее имеешь или как? Или золота захотелось?
Пепел только руками развел. Хелд, похоже, уже записал меня в невестки. Расскажу Ратеру, посмеемся. Впрочем...
Как-то очень четко всплыло в памяти его лицо - широкоскулое, простое, милое, все в веснушках. Глаза его медовые. Губы обветренные. Славный парень Ратер. Да только не по мне ему всю жизнь сохнуть. Не мое имя вывела судьба на его ладони.
- Чего молчишь, господин хороший? - не отставал паромщик.
- А что сказать? - пожал плечами Пепел. - Никто не знает, как все сложится. Пока я буду следовать за Лестой, а там посмотрим.
- Уймись, Хелд, - попросила я. - Ну что ты, правда. Я обещала Пеплу помощь, я от нее не отказываюсь. Пепел, я же не отстану - как вы встретились?
Паромщик подозрительно на нас покосился и занялся колбасой.
- Да все просто. Я к трактиру шел. - Певец аккуратно снял ногтем нагар с фитилька. - А тут навстречу Хелд с кульком. Узнал меня.
- Еще бы не узнать! - буркнул паромщик.
- Говорит, что к тебе идет.
- Ага! - подхватил Хелд. - А он мне - ее на улице нет, говорит, в гостинице она, говорит, и так, знаешь, уверенно говорит, прям будто сквозь стены видит... А я говорю - да нет, говорю, обещалась ведь снаружи ждать. А он говорит, как хочешь, мол, но в гостинице она.
