В сенях грохнуло, простучали шаги. Я вскочила, сжимая словно оружие несчастный скребок. Дверь распахнулась, в горницу ворвалась Каланда. За ней ввалился еще кто-то. Звон металла, скрип кожи, топот, голоса...
- Лехта! Араньика! Ахес эхперарте!
Она откинула плащ, сбив полой кочергу и совок для углей, протянула мне руки. Замшевые перчатки, в специальных разрезах на пальцах вспыхивают камни. Два золотых с эмалью запястья прихватывают рукава. Сверкающие кудри, ясные глаза, улыбка как цветок. Еще шаг - рука в перчатке крепко ложится мне на плечо.
- Вамох а тода приса!
Уходя следом за принцессой, я оглянулась. Левкоя сидела бледная, будто соляной столб, а перед ней на столе дымился черный пепел.)
Чувство вины разрушает. Затягивает в топи прошлого, увлекает бесконечной игрой в упущенные возможности. "Если бы я тогда сделал то, если бы сказал это... если бы свернул направо, а не налево... если бы послушался старших..." Чувство вины - наркотик, такой же упоительный как жалость к себе, только, может, чуть более горький. Там рядышком еще одна пакостная трясина - самоуничижение. Та, что пуще гордыни.
Гордынька?
Вот-вот. Она самая. Запомни их по именам, Лесс. Эти топи никогда не давали ни добрых ростков, ни цветов, ни плодов - ничего живого. Это плесень и ржа, гниль и тлен. Это провалы в Полночь.
Неправда. Это опыт. Вспоминая и размышляя, я делаю выводы. Чтобы потом не совершать подобных ошибок.
Вспоминая и размышляя - да. Но не упиваясь этим. Не щекоча воспоминаниями засохшие раны. Маг безжалостен, Лессандир. В первую очередь - к себе.
Не щекочу я ничего! Просто вспоминаю.
А теперь ты оправдываешься.
...
Тихий, переливающийся аккорд, словно дрогнула гроздь колокольцев.
- Малявка! - шепотом. Горячие пальцы принцессы стиснули мою руку.
Длинный, громоздкий, в чешуе огненных бликов - Эрайн выплыл из ночи как боевая галера. Звенящий шелест лезвий. Шаг тяжел, но бесшумен.
Лессандир. Ты звала. Рад тебя видеть.
Ты опять залез ко мне в голову без предупреждения, Эрайн.
Скрытность - та же гордынька, Лесс.
Руки его сложены на груди, голова опущена. Отсвет костра рыжим шелком кутает острия и зазубрины. Едва заметный поворот - свет располосован в мелкие клочья, осыпается искрами с черных лезвий. В глазах у меня пляшут зигзаги тьмы и золотые вспышки. Эрайн прекрасен, как корабль под парусами. Как солнце. Как тысяча звезд.
Спасибо.
Что?
Тебе приятно на меня смотреть, Лесс. Как тому парнишке, твоему другу. Где он, кстати? И кто это с тобой?
Ратер в городе. А это Мораг, дочь Врана.
О!
Пауза. Мантикор глядит на принцессу глазами полными тьмы. Кромешной тьмы, в них даже огонь не отражается.
- Что он на меня так уставился? - Мораг положила ладонь на рукоять меча. - Если он кинется, я ему голову снесу.
- Не надо, миледи. Не кинется.
- Тогда говори с ним, что ты молчишь?
- Малыш, - попросила я. - Сядь, пожалуйста, там. За костром.
Скажи дочери Врана, что я ее не трону.
- Малыш говорит, что он не тронет ни тебя, ни меня.
- Скажи ему, что я его тоже не трону. Пока он пристойно себя ведет.
Мантикор по ту сторону костра со звоном тряхнул головой и ухмыльнулся. Двухдюймовые клыки несомненно добавили ему блеска.
У Врана храбрая дочь. Похожа на него. Такая же задира.
- Ты ему нравишься, - сказала я. - Говорит, ты похожа на Врана.
- Он молчит.
- Я слышу его мысли, а он слышит мои. Ты можешь поговорить с ним, а отвечать он будет через меня.
Мораг убрала руку с меча и выпрямилась.
- Я хочу увидеть своего отца, слышишь, мантикор? Малявка хвасталась, что ты колдун и друг Врана. Позови его сюда или отведи меня к нему. Это моя просьба. Что ты хочешь за это?
Некоторое время Эрайн молчал. Было не понятно, куда он смотрит - то ли на Мораг, то ли на меня, то ли в огонь.
- Ты слышал? - не выдержала я.
Он медленно кивнул - колыхнулся сноп лезвий.
Слышал. Лесс, неужели ты думаешь, что Вран не знает о существовании собственной дочери? И только поэтому до сих пор не встретился с твоей подружкой?
Знает, конечно. Мало того, он ее видел и залечил жуткие раны, которые ты принцессе нанес.
Я? Разве мы встречались?
Еще как встречались. Чуть не прикончили друг друга. Ты и впрямь не помнишь что делаешь, когда на тебя находит?
Усмешка. Эрайн отрицательно качнул головой.
Не помню. Когда эта полуночная мразь берет верх... Впрочем, мы говорим о принцессе. Так значит, Вран приходил лечить ее...
Нет. Гаэт Ветер отвез ее в Сумерки. Мне... как-то удалось призвать Гаэта. Вообще-то я хотела затворить Мораг кровь, но Гаэт меня услышал.
Тогда почему ты привела принцессу ко мне? Обратитесь к Гаэту.
Но Гаэт - где-то, а ты - здесь! В чем дело, Эрайн? Ты не хочешь нам помочь?
Опять усмешка, опять покачивание головой.
Свои желания маг должен выполнять сам. Лесс, мы об этом уже говорили. Мне казалось, ты поняла.
- Он отказывается? - вскинулась Мораг. - Почему? Что он хочет?
- Хочет, чтобы я училась все делать сама.
- Может, он хочет, чтобы его получше попросили? Что тебе надо, мантикор? Говори свою цену.
Скажи ей - она не может дать мне то, что я хочу. А что я хочу, я возьму сам.
