Я накинула плащ, натянула капюшон, взяла флягу и пошла. Пересекла город, ни на что не отвлекаясь. Надо бы купить еды в грот, но это потом, на обратном пути. Надо бы повидать Пепла, зайти к Эльго, поблагодарить обоих, но это тоже на обратном пути. Потом. Все потом.
К замку вела дорога, вырубленная в скале. Широкая каменная дорога зигзагом поднималась над городом, разворачивая панораму крыш и улиц, округлый многоугольник стен, широкую ленту реки, противоположный плавно поднимающийся берег, светлый шнур Юттского тракта, а там, на западе, меж волнами синего леса, если глаза меня не обманывают, можно было углядеть красные крыши Нагоры.
Где-то за полторы сотни шагов до ворот поперек дороги возвышалось забавное здание, похожее на очень маленькую крепость. Я его не помнила. Наверное, его построили уже после меня, то есть оно относительно новое. В здании тоже были ворота, сквозные, распахнутые настежь. Перед воротами томились два стражника, один рыжий, другой в шлеме. Я выбрала рыжего:
— Доброго дня, господин страж.
— Иди на рынок, женщина, — он даже не посмотрел на меня. — Здесь не торгуют.
— Мне нужно увидеть Ютера, лекаря из замка. Я отблагодарю.
Золотая авра легла стражнику в ладонь.
— И тебе доброго дня, прекрасная госпожа! Конечно же проходи, и пусть тебе сопутствует удача.
Как хорошо, что я догадалась взять денег! Только вот останется у меня хоть один золотой, чтобы потом купить еды в городе? Там еще ворота впереди, да еще один или два придется сунуть слугам, чтобы отвели меня к Ю… Тут золото не разменивают, отдала — значит отдала.
Собственно, так и получилось. Потратив четыре авры, я оказалась в темной передней комнате лекарских покоев, а служанка в красивом платье ушла за гобелен, чтобы вызвать его ко мне.
Ю долго не было, потом он явился. Бледное лицо, рукава засучены. Поглядел на меня без восторга:
— Ну, здравствуй. Зачем пришла? Я не нашел твоей свирели.
— Я оторвала тебя от работы?
— Да. Давай побыстрее.
— Мораг?
— Откуда ты знаешь?
— Я была там. Все видела.
Глаза его мгновенно сузились:
— Чудовище — твоя работа?
— Нет. Я тоже охочусь за ним. Я кое-что принесла для принцессы.
Он посмотрел на фляжку у меня в руках.
— Что это? Какое-то зелье ведьминское?
— Это мертвая вода.
— Да? Хочешь сказать, та самая мертвая вода, которой сращивают разрубленные тела павших в битве великих героев?
— Она прекрасно действует на живых. И героем быть необязательно.
Ю фыркнул:
— Неужели? Это пьют?
— Нет. Этим обмывают. Наверное, можно примочки делать. Она очень быстро заращивает раны.
