Здесь их тоже окружили княжеские рыцари – теперь уже пешие. Но никто не спешил обнажать оружия, а советник, едва на него обратились недоуменные взоры, вытащил свиток, картинным движением развернул его и громко начал читать:
– Указом пресветлого князя Далматия Третьего Ирматульского надлежит арестовать и препроводить в темницу некоего Терезия, именующего себя сыном оного князя. Взять его!
Пешие рыцари – их было почти в три раза больше, чем орков,– одновременно сделали шаг вперед. Уртх взмахнул было рукой, но шорох наверху заставил его поднять глаза и отменить так и не высказанный приказ – наверху прохода обнаружилось несколько лучников. На таком расстоянии они могли бить наверняка и сразу насмерть.
Казначей шагнул вперед, не дав никому пошевелиться. За ним следовали два его помощника – каждый нес в руке по увесистому мешочку. Пятый мешочек был у самого казначея. Все это он положил к ногам Уртха. Мешочки сочно звякнули.
– Здесь пятьсот золотых из княжеской казны,– сказал он.– Сие награда верным оркам за службу князю Ирматула.
Удивленный Уртх только переступил с ноги на ногу.
– Это дополнение к вашему жалованью,– пояснил казначей.– В этом месяце его приказано удвоить. Назови также десятерых самых отличившихся в поимке преступника – князь сам вручит им памятные подарки.
Тем временем рыцари протиснулись сквозь замерших в ожидании приказа сотника орков, безошибочно выловив среди них Терезия. Княжичу заломили руки и выволокли его из толпы. В сторонке ждал палач с кандалами наготове. Широкий железный ошейник закрепили на горле юноши, от него протянулись цепи к его запястьям и щиколоткам. Все вместе они крепились к большому чугунному шару.
Терезий не сопротивлялся – он был совершенно подавлен. Но когда его потащили прочь, вывернулся и на какой-то миг поймал взгляд Уртха.
– Что это значит? – промолвил он.– Вы меня… продали? За пятьсот золотых?
– Орки всегда верно служили трону.– Советник подошел к сотнику и потрепал его по плечу: – Поздравляю. Теперь вас наверняка ждет повышение. Как вам удалось его изловить?
– Потом скажу,– буркнул Уртх.
– Кстати, для вас уже велено устроить пир. Будет много выпивки и девочек. Князь нынче щедр!
– А что будет с… – Сотник указал глазами на княжича, которого взвалили на простую телегу.
– Будет суд,– пожал плечами советник и махнул рукой кому-то наверху: – Поднимай решетку! Все кончено!
На самом деле все только начиналось, и это понимали все.
В казарме стоял дым коромыслом – присланные князем Далматием служанки готовили праздничное угощение, при этом они так многообещающе постреливали по сторонам глазами, что некоторые орки уже потихоньку стали метать жребий – кому первому выбирать красотку. Пять бочек пива и три бочки лучшего вина ждали своей очереди, сытный дух готовящихся яств растекался по всей улице. Остальные орки диаспоры крутились рядом, наперебой поздравляя сородичей, и удивлялись, почему никто не спешит веселиться при столь явной княжеской милости.
Хаук только-только переступил порог казармы, как к нему с воплем бросился Эйтх. Юноша не находил себе места, на нем не было лица. Он едва не бухнулся перед орком на колени и, запинаясь, выпалил страшную весть об исчезновении Ласкарирэли.
– Она ведь звала меня! – восклицал он, едва не вырывая на себе волосы.– А я как дурак… Они ее увезли, а я даже не заметил куда! Ведь я нарочно пошел за нею, чтобы помочь там, ну или… Ну что ты молчишь, Хаук? Ну скажи что-нибудь! Ну ударь меня, что ли! Только не молчи!
Хаук сидел на лавке, свесив руки между колен. Рядом возле рассыпанного на столе золота галдели орки, что-то гневно шипели гоблины и коблинай. Казалось, он вообще ничего не замечал.
– Ну, Хаук,– умолял Эйтх,– ну сделай что-нибудь! Ну чего ты замер-то?
– Да ударь ты его, в самом деле,– неожиданно вмешался альфар Инирис.– Может, мальчик от этого удовольствие получать привык!
– Я тебя сейчас самого так ударю – мало не покажется! – неожиданно взорвался Тврит.
– Ну ударь меня! Ударь! – развернулся к нему Инирис.– От тебя я готов принять что угодно!
Десятник выругался и, схватив свой плащ, чуть ли не бегом бросился прочь.
– Слышь ты, светловолосый! – толкнул альфара какой-то орк.– Ты нарываешься! Не боишься торчать тут в одиночку, а?
– А я давно одинок,– улыбнулся тот,– с тех пор, как моего приятеля убили. Но, думаю, среди таких сильных и симпатичных мужчин я буду в безопасности!
Орк так удивился тому, что он, оказывается, симпатичный мужчина, что замолчал и отошел.
– Кто ее увез? – Хаук наконец разлепил губы.
– Светловолосые, кто же еще! – заторопился Эйтх.– У них тут замок сразу за Храмом Девы Усмирительницы. Это такое человеческое божество. Она… Они нас на базаре вычислили. Там толпа. Я, дурак, отстал, а они…
– Хаук,– к нему подсел Уртх,– тут тебе от князя причитается…
– Засунь эти деньги себе в…
