Я хочу было начать спор, но вмешивается Ходжат:
– Он прав. Вы должны поесть. Важно поддерживать силы, иначе поймете, что у вас их не осталось.
Я скрежещу зубами, но коротко киваю. Ходжат накрывает грудь прозрачной тканью, а закончив, берет меня за запястье и хмуро смотрит, как гниль под кожей извивается толстыми струйками. Он прижимает палец к вене и хмурится еще сильнее.
– У вас очень неровный пульс.
– Ну, лекарь, у него гниет сердце, так что, думаю, это оправданно, – сухо говорит Джадд.
– Выглядит так, словно кто-то высыпал ему на грудь угли, – ухмыльнувшись, добавляет Озрик.
Джадд разражается смехом.
– Так оно и есть, черт возьми!
Я вздыхаю и падаю головой на подушку.
– Мне нужен новый Гнев.
– Ты бы так не говорил, если бы видел меня в действии в Дерфорте, – говорит Джадд. – Я излил столько Гнева, что об этом можно слагать поэмы.
Оз закатывает глаза.
– Я гневливее тебя.
– Да, но ты мерзкий угрюмый великан. От тебя все этого и ждут. А я их удивляю.
– И что?
– И то… я дружелюбный и симпатичный, поэтому мой гнев становится для людей неожиданностью. Что делает меня еще более пугающим.
– Отвали, я все равно страшнее тебя, – скрестив руки, говорит Озрик.
Джадд выглядит глубоко оскорбленным.
– Какого хрена? Райатт, скажи ему.
– Ни черта я не буду ему говорить.
– Ходжат! – подскакивает к нему Джадд. – А ты как думаешь?
– Не втягивай нашего бедного лекаря в этот бред. Ему хватает всякой фигни, – говорю я Джадду.
Ходжат с благодарностью смотрит на меня и убирает свои вещи.
– Если это все, сир, то я должен возвращаться к леди Риссе.
Я перевожу взгляд с него на Оза и снова на Ходжата.
– Как она?
Лекарь мешкает с ответом.
– Ей не становится лучше.
Проклятие.
Я смотрю на Оза.
– Оз…
Его лицо становится суровым.
– Нет.
Понял. Он не готов это обсуждать.
Внезапно из соседней комнаты раздается стук, и мы все оборачиваемся. Райатт выходит из моей спальни, и я слышу, как он с кем-то разговаривает. Я спускаю ноги с кровати и заставляю себя подняться. И на этот раз меня даже не шатает.
Отмахнувшись от Ходжата, я разминаю шею и, покачиваясь, иду в гардеробную. Я слегка морщусь, надевая чистую рубашку, но боль немного притупилась от мази, нанесенной лекарем.
Когда я, переодевшись, выхожу, возвращается Райатт.
– Что случилось? – спрашиваю я.
На лице брата застыло удивление.
– Это король Юден Толд из Первого королевства.
Мы с Джаддом переглядываемся.
– А что с ним?
– Он здесь.
Я всячески стараюсь делать вид, будто у меня в груди не гниет сердце, а потом напяливаю на голову корону из витого дерева. Я спускаюсь по лестнице в сопровождении Райатта, Оза и Джадда, но когда мы подходим к обеденному залу, он пуст. К нам приближается стражник и сообщает, что правитель Первого королевства гуляет в саду с моими министрами.
Мы вчетвером выходим на улицу, но, ступив за порог, Озрик останавливается со странным выражением.
– Оз?
Он медленно переводит взгляд на меня и прочищает горло.
– Встретимся позже, – говорит он. А потом поворачивается и уходит обратно в замок.
– В саду ведь Риссу и… – Райатт замолкает и показывает на сад.
Черт.
Здесь и закололи Риссу. Здесь похитили Аурен. На меня накатывает новая волна гнева, и плечи сковывает напряжение.
– Слейд… – напоминает Райатт.
– Да. – Я заставляю себя идти вперед, идя на голоса.
Когда мы подходим к фонтану из оникса, я вижу рядом с королем своих министров, Уоркена и Исали. Одетый во все черное, Уоркен стоит, заложив руки за спину, а его серебристые, коротко остриженные волосы слегка поблескивают на солнце. Исали рядом со своим мужем вежливо улыбаясь, кивает в ответ королю. Ее черное платье идеально и без единой складки, а волосы зачесаны и заколоты спиральками.
– А, вот и он, – заметив меня, говорит Уоркен.
Когда я подхожу, то вижу, что у него напряженное выражение лица, отчего сразу же свирепею. Если Толд прибыл поиздеваться над моими министрами, то у нас будут проблемы.
– Король Толд, – подходя к нему, говорю я.
И тут же понимаю причину гримасы Уоркена. У короля змей на шее висит ярко-зеленая гадюка, ее длинное тело обвивается вокруг его плеча, и через каждые несколько секунд она попеременно бьет по нему хвостом.
На Слиянии я не уделил внимания королю Толду. А до того не видел его несколько лет. Но теперь становится ясно, что с нашей последней встречи минуло много времени.
В его черных волосах появились седые пряди, которых прежде не было, а между бровями пролегла складка, но в остальном на темно-коричневой коже морщин нет. Он одет в серую тунику без рукавов, отороченную темно-зеленым и расшитую от воротника до манжет. Он держится с королевским достоинством: спина прямая, на голове корона в виде змеи. За ним стоят трое стражников, к их доспехам прикреплены плетеные черные и зеленые веревки, напоминающие змей цветов его королевства.
– Мы вас не ждали, – остановившись перед ним, говорю я.
– Я так и предполагал. – Змея поворачивает голову, смотря на меня, и высовывает язык. – Я уже принес извинения вашим министрам за столь внезапное появление, но после случившегося на Слиянии счел необходимым явиться лично.
